Книга Шанс на счастливый финал, страница 139 – Виктория Лавин

Затаив дыхание и мысленно поклявшись свершить месть над Саванной, если затея не сработает, я размещаю пост и тут же отключаю звук на телефоне. Будущее все еще под вопросом, но это наше будущее, и я хочу, чтобы оно началось прямо сейчас.

Домой. Домой. Домой. Это слово пульсирует во мне с каждым ударом сердца Марго, и все, что я могу, – следовать за ним. Мы вместе возвращаемся в Калифорнию, и это так удивительно, что кажется нереальным. Как будто мы парочка детей, которые играют в «понарошку». И это успокаивает, потому что при мысли о том, что я действительно покидаю отца, меня накрывает волной паники. Логически я понимаю, что он очень обрадуется. Понимаю, что его здоровье и мобильность медленно, но неуклонно улучшаются. Но не логикой я руководствовался, нажимая на кнопку «Отправить».

Каждое прикосновение, каждый слабый намек на ямочки на щеках, каждый умоляющий взгляд, который она посылает мне, крепко держат за горло, все глубже затягивая в то, чего я всю свою сознательную жизнь старательно избегал. Я видел, чем может обернуться потеря дорогого человека. Я ощутил на себе холодную тень этой потери, когда мама скончалась на руках у отца. Я лучше других знаю, что все хорошее – даже самое великое – рано или поздно заканчивается. Но когда вечером Марго призналась, что не хочет возвращаться домой без меня, это склонило чашу весов достаточно для того, чтобы я принял лучшее или худшее решение в своей жизни.

И сейчас, когда я выношу девушку из джакузи, а она всем телом прижимается ко мне, я уверен, что выбор ясен как день. Ее влажная кожа сводит с ума, и каждый вздох – крестик на карте, которую я составляю. Губы Марго находят мои, она нежно облизывает меня. Закусывает нижнюю губу и отстраняется, прежде чем я успеваю попробовать ее на вкус, как мне хочется. Девушка отчаянно дразнит меня, и обычно мне это нравится, но сегодня мне нужно не это. Мне нужна уверенность в том, что принятие гранта и ее послание в мир означают именно то, чего я хочу. Что она моя. Сколько бы времени у нас ни было в запасе, она моя.

Мы оба дрожим, когда, небрежно накинув халаты на мокрые тела, заходим в номер. Я едва успеваю закрыть за нами тяжелую дверь, как она прижимается ко мне, стягивает с меня купальные шорты, купленные в сувенирном магазине, и, встав на цыпочки, целует в ключицу.

— Почему ты такой высокий? – жалуется Марго в перерывах между поцелуями.

— Чтобы я мог делать так, – отвечаю, подхватывая ее и прижимая к своей груди.

Девушка ахает, когда я целую ее и, пройдя несколько шагов, роняю в пушистое белоснежное облако подушек. Она смеется, и это самый приятный звук, который мне доводилось слышать.

— Как ты смеешь меня швырять, – шутливо возмущается Марго, высвобождая плечи из халата. Она снимает с себя топ, а мои пальцы вцепляются в ее крошечные мокрые бикини и стягивают их до лодыжек. – Как ты смеешь раздевать меня? Как ты смеешь…

Я не успеваю узнать, что еще я смею, потому что ее слова растворяются в блаженном стоне, когда я закидываю женские ноги себе на плечи и резким движением сдвигаю обнаженные бедра к краю кровати. Мой взгляд пробегает по каждому сантиметру ее тела, вбирая в себя все упругие изгибы, созданные с единственной целью – свести меня с ума. При виде ее голой киски – такой мокрой и нуждающейся еще до того, как я прикоснулся к ней, – колени у меня подгибаются и сами собой опускаются на пол. Она уже так много дала мне сегодня. Но если я что-то и понял о себе, то, когда дело касается Марго, мой аппетит ненасытен. Я украдкой облизываю ее, наслаждаясь прерывистым постаныванием.