Книга Какие планы на Рождество?, страница 42 – Карен Понт

— Мы у цели! — объявляет Маделина. — Это мой второй дом, и, честно говоря, больше всего времени я провожу здесь.

Места не так уж и много, зато все обставлено с большим вкусом. Паркет светлого дерева, несколько бархатных кресел цвета фуксии, вьющиеся растения. Вдоль каждой стены — ряды вешалок со множеством платьев. В глубине магазинчика — большое зеркало в изысканной оправе, а перед ним низкая деревянная тумбочка — чтобы, встав на нее, невеста смогла оценить отделку подола.

Спешу выразить свое восхищение талантом Маделины. Она работает с благородными тканями — кружевом, атласом, встречаются и некоторые виды бархата. Платья выглядят просто, но легко догадаться, сколько труда вложено в раскройку и подбор сочетающихся материалов и цветов. Все вместе создает ощущение неподражаемой элегантности.

— Как великолепны твои платья, — говорю я искренне. — Хочется даже выйти замуж, только чтобы надеть одно из них. Если честно, я ожидала увидеть оборочки и стразики, нашитые на корсет.

— Да, иногда случается шить и такие платья, но чаще всего невесты выбирают классический стиль.

— И давно ты тут обустроилась?

— Да уж лет десять, наверное. Как только отучилась на дизайнера, сразу решила вернуться в Санта-Две-Ёлки и шить здесь подвенечные платья. Была уверена, что дела пойдут в гору. Что может быть лучше для свадьбы, чем горы и море снега? В магазинчике всегда толпится народ, а в зимние месяцы и вовсе нет отбоя от заказов — в холода предпочитают носить длинные платья, а еще перчатки, красивые пальто…

Пока я слушаю Маделину и любуюсь ее работами, мой взгляд привлекает вешалка, чуть прикрытая портьерой. Думаю, что надо взглянуть и на это. На плечиках висит что-то красно-зеленое и искрящееся…

— А там что? — киваю я в сторону вешалки. — Это для женщин, не столь приверженных традициям?

— Что? — оборачивается Маделина. — Ах, это? Там платья для бала эльфов. Я сшила несколько таких по заказу. Хочешь взглянуть?

Не давая мне времени на ответ, она быстро проскальзывает за портьеру и пододвигает поближе огроменную вешалку высотой в несколько метров.

— Ну скажи же, скажи, что это потрясно! — восклицает она, расплываясь в улыбке и снимая крюком длинное платье из зеленого бархата, обшитое красным и белым атласом.

— Потрясно — не то слово. А главное, в твоем стиле…

Я уже почти готова сказать, что предпочитаю белый и бежевый, которые господствуют в остальной части магазинчика, как вдруг Маделина уверенными движениями снимает крюком другое платье. И от него у меня перехватывает дыхание. Красный бархат, длина ниже колена. Покрой «как у фигуристки», то есть юбка расширяется к низу, как носили в пятидесятые. Весь подол расшит густым мехом цвета слоновой кости, такой же на манжетах. Бюстье украшено несколькими пуговицами из белого перламутра. Великолепно.

— Оно тебе нравится?

— Да, должна признаться, что…

— Примерь-ка!

— Нет-нет, не стоит.

— Давай, говорю тебе. Это твой размер.

— А ты откуда знаешь?

— А потому что у нас с тобой размеры одинаковые — это я поняла по лыжному комбинезону, который одолжила тебе для тех дурацких бегов. А платье это — мое, я каждый год надевала его на бал эльфов. Уверена, на тебе оно будет смотреться восхитительно. И поэтому ты просто обязана его надеть!