Книга Простить, забыть, воскреснуть, страница 151 – Аньес Мартен-Люган

“Констанс и Альбану. Любовь – это искусство, над которым нужно работать и которому нужно учиться всю жизнь. Увлекательного чтения. Ребекка”. Я как можно осторожнее закрыла книгу и наконец-то подняла на нее глаза.

Наши взгляды бросали друг другу вызов. Мне не часто приходилось ощущать, что кто-то меня ненавидит. Сейчас я это испытала. Если бы я сомневалась в признаниях Лино, в данный момент я бы получила неопровержимое подтверждение его честности. Ее черные глаза прожигали меня. Она была красива, что меня не удивило. Красива холодной, застывшей красотой. Роскошная статуя, лишенная выразительности, которой наверняка можно было любоваться часами, но при этом не расшифровать ни одной, даже самой слабой эмоции. Она не была живой, сделанной из плоти и крови. Ее волосы были собраны в строгий пучок. Черты лица, если бы их не искажала ярость, могли быть нежными и походить на ангельские, как и говорил Лино. Но ангел, которому они принадлежали, был безучастным. Она, как и ее муж, излучала успешность и уверенность в своем превосходстве.

Я протянула ей книжку, она резко схватила ее.

– Хорошего вечера, Констанс. И хорошего завершения чтения. Финал может стать для вас сюрпризом.

Она развернулась и ушла. Я выдохнула воздух, который задерживала в легких.

Через несколько минут я поблагодарила хозяев книжного магазина и выбежала на улицу. Пусть в это время парижские улицы оставались шумными, все равно мне было необходимо ощутить кожей свежий воздух, каким бы грязным он ни был.

– Бекк! – окликнул меня Эстебан с другой стороны улицы.

– Иду! – Мне стало гораздо легче при виде дружеского лица.

В этот миг я окончательно поверила, что мой будущий бывший муж – это мой лучший друг. Я собралась перейти через дорогу.

– Вы горды собой? – услышала я за своей спиной.

Я застыла. Я так легко не отделаюсь, она не собиралась останавливаться.

– Две минуты, – крикнула я отцу своих детей.

Потом я набралась храбрости и встретилась лицом к лицу с женщиной, которую Лино так безумно любил.

– Как вы посмели? – злобно набросилась она.

– Не понимаю, о чем вы, – спокойно ответила я.

Не может быть и речи о том, чтобы поддаться истерике. Или проявить какое-либо соперничество.

– Это наша история! Вы не имеете право выкладывать ее на всеобщее обозрение.

– Как и многим писателям, мне тоже рассказывали…

– Кто? Кто и что вам рассказал?

– Мне рассказали обрывки пережитого, – продолжила я, – и я создала на их основе роман. Истории искалеченной любви и манипуляций с ней принадлежат не только вам, как и Венеция, предательство, смерти, тайны, страдание, желание, секс.

Какой смысл притворяться? К тому же я была уверена в себе и готова ко всему, поэтому я приблизилась к ней еще на шаг. Пришла моя очередь почувствовать себя сильной.

– Я защитила Лино и написала роман. Будьте честны, вы уже сами в этом убедились. Я сделала это не потому, что боялась вас, но ради него, и только ради него.

Она отшатнулась от меня.

– Вы увидите, что это никак не связано с вами…

– Лино не мог дать вам своего согласия!

Я пристально посмотрела ей в глаза, но ничего не сказала. Ее глаза расширились.

– Как вы его убедили? Вы переспали с ним? – выплюнула она.

– Лино выше этого, Констанс.

– Вы его уничтожите!

– Вы недооцениваете Лино. Как-то поздновато вам волноваться за него, вы не находите? Между нами говоря, не я разрушила последние двадцать лет его жизни.