Книга Сезон костей. Бледная греза, страница 66 – Саманта Шеннон

– Ты провидица? – спросила я, хотя прекрасно видела, что нет.

Просто любопытно, соврет или скажет правду.

– Нет, ворожея.

Ворожеями на сленге десятилетней давности называли картомантов.

– С самого начала карты меня не подвели, – добавила Лисс.

– Что тебе открылось?

Лисс опустилась на колени перед деревянной шкатулкой, достала колоду Таро, перевязанную пурпурной лентой, вытянула карту и показала мне.

Шут.

– Нулевой аркан, однако моя судьба – лежать в самом низу колоды. – Лисс провела пальцем по картинке. – Мне бы очень хотелось вселить в тебя надежду, Пейдж, но я здесь слишком давно и уже смирилась.

– Мне никогда не делали расклад.

– Это легко исправить. – Лисс бережно спрятала карты. – Заходи в гости, сестренка. Спасти не спасу, но уберечь от верной смерти попробую. – Она вымученно улыбнулась. – Добро пожаловать в Первый Шеол.

Лисс подробно объяснила, как добраться до «Незрячего дома», где Себа вверили «чуткому» Граффиасу Чертану, серому куратору, и вручила на дорогу рогалик, завернутый в бумагу.

Лисс поведала мне много деталей. Особые опасения вызывал интерес Наширы к моей персоне. Если она сборщик, как Джексон, меня, скорее всего, ждет участь узурпа – фантома, обреченного оставаться на земле и служить хозяину.

Всю жизнь боялась не обрести последнего пристанища – конечной точки в эфире. Мне совершенно не улыбалась перспектива скитаться неприкаянным духом, стать частью чужого арсенала или предметом купли-продажи на черном рынке. Впрочем, подобные мысли не мешали мне созывать арсенал для защиты и помогать Джексону поработить Энн Нейлор, привидение Фаррингтона, убитую совсем юной девочкой.

В конечном итоге ты тоже опустишь руки.

Лисс ошиблась.

И скоро сама в этом убедится.

«Незрячий дом» располагался на выселках Фэр-стрит. Понадобилось совсем немного времени, чтобы понять, о какой границе толковала ночная привратница. Уже к северу от Трущоб потянулись пустынные улицы, горели редкие фонари. Я шагала вперед с такой уверенностью, будто находилась на своей территории в Лондоне.

Вдоль бульвара росли редкие платаны. Чем дальше, тем тише и темнее становилось в округе. Кое-где в дверных проемах маячили алые туники с фонарями и пистолетами. Разумеется, меня вскоре окликнули:

– Эй, ты! Куда собралась?

Я замерла:

– Куратор велел прогуляться по городу, освоиться. Вы не против?

– Валяй, если приспичило. Главное, вернись до дневного колокола.

Я ускорила шаг, пока алая не передумала.

Нужное здание оказалось неподалеку. Вход преграждали запертые ворота с табличкой «Незрячий дом». Внизу, скорее всего на латыни, значилось: «DOMUS STULTORUM»[10]. Табличку озаряли два факела в металлических гнездах. Я всмотрелась сквозь прутья решетки – и наткнулась на два желтых огонька.

– Надеюсь, у тебя веская причина слоняться близ «Незрячего дома».

Рефаим шагнул к воротам, вынудив меня отшатнуться. Густые темные волосы ниспадают на широкие плечи, пухлая нижняя губа капризно выпячена. Подобно прочим рефаимам, его будто отлили из матового металла – меди настолько светлой, что она граничила с розовым золотом, отчего он казался неуязвимым.

– Просто гуляю. – Мне удалось взять себя в руки. – Вы Граффиас?

– Верно, Граффиас Чертан. – Он замер по другую сторону ограды. – А кто твой куратор, белая туника?