Онлайн книга «Княжна из цветочной лавки»
|
Полагаю, Домбровский никогда не был плохим человеком. Скорее, избалованным, как многие дети богатых родителей. Можно сказать, Гордей вовремя привел его в чувство, дал какой-то ориентир в жизни. Сделал то, что не смогли сделать родители. И замечательно! Страшно подумать, что бы со мной стало, если бы Домбровский был мелочным негодяем. Уж точно из болота живой не выбралась бы. Мы успели договориться, о чем можно рассказать Ирине Львовне, а о чем — нет. В конце концов, она не знает, что Алура — дриада. Когда-нибудь я открою ей все свои секреты и, возможно, даже познакомлю с родней, но не теперь. И Тихона нельзя выдать. По этой же причине я решила ничего не говорить князю Орлову и лэру Сапфирусу. Если у них есть связь братством границы — сами все узнают. А если нет? Подставить Гордея? Да ни за что! Тихон распахнул калитку, едва коляска остановилась рядом с забором. Наверное, услышал, как мы подъезжаем. Увидев меня, посветлел лицом, а на Домбровского взглянул с удивлением, перехватил у него поводья. А я выскочила из коляски, не дожидаясь, когда мне помогут спуститься. — Ирина Львовна? — спросила я у Тихона на бегу. — В доме они, — коротко ответил он. Я взлетела по ступенькам, проскочила веранду, миновала гостиную… Ирина Львовна нашлась в детской — вязала что-то, сидя у кроватки. Елисей спал, сжимая во сне кулачки. Я закричала бы от радости, если бы небоялась его разбудить. — Риша… — охнула Ирина Львовна. — Я вернулась, — прошептала я одними губами. И, не выдержав, бросилась к ней, упала на колени, обнимая ее ноги. — Простите… умоляю, простите… — Риша, перестань сейчас же! — Он попыталась меня поднять, не устраивая шума. — Ну ты чего… девочка моя… Не знаю, как мы не разбудили Елисея, плача в объятиях друг друга. Риша… Так звал меня только Гордей. Теперь вот и Ирина Львовна. Очень хотелось обнять и сына, но я боялась его испугать. А еще — заразить чем-нибудь, ведь я не мылась целых два дня! Берту я попросила приготовить ванну, кормилицу — посидеть с малышом. А мы с Ириной Львовной спустились в гостиную, где уже топтался Домбровский. — Добрый день, ваша светлость. — Он поклонился, приветствуя Ирину Львовну. — Как поживаете? Ирина Львовна и бровью не повела, хотя я не успела ее предупредить. — Добрый день, молодой человек, — произнесла она. — Если память меня не подводит… Александр? — Так точно! — отрапортовал он. — Полагаю, вы сопровождали княжну? — приступила к допросу Ирина Львовна. Я не без удовольствия узнала в ней прежнюю княгиню Воронцову. Как будто вернулась в старые времена! — Вы правы, ваша светлость. — Ирина Львовна, он меня спас! — заявила я. — Саша, сядь уже! — Боюсь вам мебель испачкать… — Спас? — Ирина Львовна слегка побледнела. — От чего же? — Я же в Гиблый лес сунулась. — Еще в дороге я несколько раз проговорила про себя этот рассказ, чтобы он выглядел правдоподобно. — И там в болото попала. Александр меня преследовал, как нарушителя границы. Поэтому он меня нашел, вывел из болота и отвез на заставу. Там я узнала, что Гордей действительно в Гиблом лесу, а еще смогла увидеть, что он жив и здоров. Но еще непонятно, кто его удерживает и зачем. — Не тарахти, — вздохнула Ирина Львовна. — Саша, вы из братства границы? Мы с Домбровским переглянулись. Вот это поворот! Так княгиня… знает? |