Книга Княжна из цветочной лавки, страница 161 – Мила Ваниль

— А когда он искал похитителей… тоже любая? А Белояр? Да на заставе до сих пор стонут, что Громобой забрал одного из лучших инструкторов для охраны своей зазнобы! А… ребенок?

— Может, я плохо понимаю мужчин. — Я поежилась, потерла ладонями плечи. На поляне было тепло, а здесь ветер с реки пробирал до костей. — Александр, а вы… поступили бы так же?

— Так же? Это как? — поинтересовался он, расстегивая китель.

Не слушая возражений, он набросил его мне на плечи.

— Мужчина не должен ничего объяснять, да? Надо молча принимать то, что он дает, читать знаки… Рассказать о ложной помолвке, о проклятии — это проявление слабости? Отталкивать — это то же самое, что защищать?

— Княжна, вы выпили слишком много местной браги. Не пожалеете позже о сказанном?

— У меня язык развязался? — Я горько усмехнулась. — Что ж, прошу прощения. Забудьте.

— И все же, с вашего позволения, я отвечу. Не силен… в делах сердечных, однако полагаю, если сделанное вам во благо, это сделано из любви, а не из ненависти.

— Или из чувства долга, — проворчала я.

— Из чувства долга детей не делают, — возразил Домбровский. — Простите, что так… откровенно, княжна.

— Не прощу, — заявила я. — Из вредности. Вот перейдешь на «ты», тогда прощу.

Я не стала объяснять ему, что ребенок — это случайность. Если бы покойный король не подмешал бы нам то зелье, мы не очутились бы в одной постели так быстро. Но Домбровский прав, я слишком разоткровенничалась.

— Это шантаж? — засмеялся он.

— Ага, — кивнула я. — Ну же, попробуй.

— Карина, прости за откровенность, — произнес он, помолчав.

— Вот видишь! — обрадовалась я. — Все получилось. Скажи, туман уходит с рассветом?

— Да.

— Хочу выйти пораньше, чтобы успеть вернуться домой засветло.

— Мне еще лошадей надо достать.

— Не надо. Я оставила лошадь с коляской неподалеку. И вообще, я прекрасно доберусь одна…

— У меня приказ, — перебил меня Домбровский. — Но если бы его не было, я все равно доставил бы вас… тебя… к Белояру.

— Доставишь, — вздохнула я. — Пойдем, пора возвращаться.И китель забери, замерз же!

— Я закаленный. Карина…

— Чего? — Я медленно двинулась к поляне.

— Ваш… Твой двойник… Она тоже поедет с нами?

— Катя? Нет, она решила остаться здесь.

Мне показалось, Домбровский пробормотал что-то вроде «жаль», но переспрашивать не стала. Пока и без Кати проблем хватает. Полагаю, и она ждет какой-то определенности. Противостояние между людьми и иными обязательно закончится. Вот только еще непонятно, чем…

До дома мы добрались быстро, что неудивительно. Во-первых, Болеслав проводил нас к Пестрой балке особенной лесной тропой. Я так поняла, это что-то вроде телепортации в нужное место, потому что портал никто не строит, просто делаешь пару шагов — и оказываешься там, где нужно. Во-вторых, лошадью правила не я, а Домбровский, поэтому ехали мы с ветерком.

Вот же ирония судьбы! Отправилась за одним мужчиной, а возвращаюсь с другим. Да еще с тем, кто чуть меня не убил, а после — похитил. Но если поначалу меня пугало то, что я ему доверилась, то теперь точно знаю, что не ошиблась. Болеслав сказал, что братство границы принимает только достойных. Только достойные получают имя от леса. А тетя Ула поделилась кое-какими секретами магии дриад. Оказалось, что многие владеют эмпатией, то есть, чувствуют, что у человека внутри — гниль или стержень. И, похоже, этим даром я тоже обладала.