Книга Мой магический год: весна и поющий фарфор, страница 29 – Татьяна Терновская

"Здравствуй, Эстер!

С тех пор как ты от нас уехала, ни разу не написала, и я волнуюсь. Похоже, дела на фабрике совсем плохи? Тогда тебе нет нужды оставаться в Колдсленде, возвращайся домой, а то твои братья не дают мне прохода со своей заботой.

С любовью, дедушка"

Я с досадой взглянула на Корнелиуса.

— Что⁈ — воскликнул он, — я ни при чём! Только доставил письмо и всё!

— Дедушка думает, что я уже провалила задание и не пишу ему, потому что боюсь в этом признаться! —пожаловалась я.

— А разве он не прав? — спросил Корнелиус.

Я бросила на него раздражённый взгляд.

— Нет! К твоему сведению, я не собираюсь сдаваться! — заявила я, — и Бенджамин тоже! Мы ещё сможем всё исправить!

Корнелиус скептически на меня посмотрел.

— Блажен, кто верует, — философски изрёк он.

Я отмахнулась от него. Нет чтобы встать на мою сторону и поддержать! Ещё фамильяр называется!

— Не вздумай ничего рассказывать дедушке или братьям! — пригрозила я и села писать ответное письмо.

"Дорогой дедушка!

Ты напрасно сомневаешься в моих способностях! Дела на фабрике идут хорошо, скоро она выйдет из кризиса. А не писала я потому, что была очень занята.

Так что жди, скоро я вернусь с победой!

С любовью, Эстер"

Я наколдовала конверт, вложила туда письмо и поставила сверху магическую печать.

— Отнеси на почту! — велела я Корнелиусу.

Он повиновался, на этот раз без комментариев. Оставшись одна, я задалась вопросом: а не вырыла ли себе могилу этим письмом? Что будет, если я всё-таки провалюсь?

Письмо от дедушки придало мне сил. Я во что бы то ни стало хотела доказать ему, что он зря сомневался в своих способностях. Поэтому на следующий день я приехала на фабрику чуть ли не с рассветом. Бенджамин уже был на месте.

— Мисс Скотт⁈ — воскликнул он, когда я переступила порог кабинета, — впрочем, мне пора перестать удивляться.

— Доброе утро! Как прошёл ваш вчерашний разговор с отцом? — спросила я, подойдя к его столу.

Бенджмин немного помолчал, подбирая слова.

— Не очень, если честно, — признался он, — отец считает, что я напрасно трачу время и фабрику лучше продать.

Было видно, что отсутствие поддержки от отца, причиняло Бенджамину боль. Мне было обидно за него, а ещё я боялась, что он тоже решит сдаться, ведь ситуация и вправду была скверной.

— Мне очень жаль, — искренне посочувствовала я, — значит, он отказался нам помогать?

— Можно сказать и так, — ответил Бенджамин, — и всё же, я сумел уговорить его дать мне адреса клиентов, которые когда-то заказывали у нас крупные партии посуды. Сегодня я собираюсь съездить к ним, вдруг удастся заинтересовать их нашими новинками.

— Отлично! — Я улыбнулась. Мне нравилось, что Бенджамин не опускал руки, а искал выход из ситуации. Люк бы на его месте наверняка послушал отца и продал фабрику. Стоп. Почему я вообще начала их сравнивать? Люк вроде как мой жених, а с Бенджамином мы просто работаем вместе и всё. Странно, но вспомнив об этом, я испытала что-то похожее на разочарование. Если бы Бенджамин жил в столице, мы могли бы… Нет! Хватит думать о глупостях. Я легонько постучала ладонью по своему лбу, словно это могло прогнать неправильные мысли.

— У вас что-то случилось? — спросил Бенджамин и подошёл ко мне, — голова болит?

С этими словами он осторожно коснулся ладонью моего лба. Я почувствовала тепло его кожи и у меня сбилось дыхание. Кажется, Бенджамин впервые оказался так близко ко мне. Он был намного выше, поэтому мне пришлось запрокинуть голову назад, чтобы увидеть его лицо. И почему я раньше не замечала голубые крапинки в его зелёных глазах? А ещё эти густые тёмные ресницы. Бенджамин ведь был красивым. Я пристально изучала его лицо, совершенно забыв о приличиях.