Книга Злодейка желает возвышения, страница 86 – Аника Град, Татьяна Антоник

В его словах не было лести, лишь констатация факта. Но от этого они прозвучали для меня дороже любой похвалы. Он видел во мне не бывшую пленницу, а союзницу, чьи способности можно использовать.

Я опустила голову в формальном поклоне, скрывая вспыхнувшее на щеках тепло и всплеск гордости.

— Я понимаю. Я сделаю все, что в моих силах, генерал.

— Хорошо, — кивнул он и снова обратился к карте, как будто только что не вручил мне судьбу тысяч людей.

Единственный, кто посмел возразить Яо Веймину, оказался Лин Вэй. Отец моей погибшей Лин Джиа.

Он поклонился мне.

— Я заранее прошу прощения перед тобой, госпожа Шэнь. Я первым готов слагать легенды о тебе, если бы умел, но я переживаю, что такую важную задачу доверили молодой девушке.

— Что тебя смутило, мой друг Лин Вэй? — нахмурился генерал.

— Я не умаляю ее заслуг. Госпожа прекрасна, и чтобы о ней не говорили, она вам верна. Но ей может не хватать опыта и силы. Она справится с собственными эмоциями? Ее брат, Шэнь Мэнцзы, совсем недавно стал отцом. Его супруга, Фэнмин Ланфэй, родила ему дочь. Она может противостоять ему? Не будет ли госпожа Шэнь в смятении, ведь ей придется выступать против своего двоюродного брата.

Воздух будто вырвали из моих легких. Я и обрадовалась, и горевала одновременно.

Мэнцзы… отец. Успел? Так быстро...

В моей груди что-то екнуло. Мэнцзы, наверное, надеялся на наследника, который мог укрепить положение в клане, но наследница... Слабая утешительная премия для такого честолюбца, как он.

Я подняла подбородок, встречая любопытные взгляды генералов. Они ждали моей реакции — слез, гнева, слабости.

— Поздравляю моего дорогого братца, — произнесла я, и мой голос прозвучал холодно и ровно. — Пусть его дочь растет в мире, которого ее отец так упорно лишает всю нашу страну. Но господин Лин Вэй вомне ошибается. Шэнь Мэнцзы — мой брат, но я не росла с ним, не делила кров и еду. Этот человек повинен в смерти моей подруги, господин Лин. Не так давно вы сами называли меня ее благодетельницей. Подумайте сами, прощу я ему подобное злодеяние?

В шатре на мгновение воцарилась тишина, а затем Жуй Лин тихо, но одобрительно хмыкнул. Яо Вэймин не проронил ни слова, но в его синих глазах я прочла мимолетное, но безошибочное одобрение.

Он достаточно распознал мой характер и решил его использовать себе во благо. Пришло время не для мелочных интриг, а для сложной игры, где на кону стояла целая империя. И я была готова сыграть. Более того, я умела в нее играть.

Лин Вэю пришлось смириться. Вряд ли он по-настоящему меня в чем-то подозревал, просто нервничал и был воспитан так, чтобы не доверять женщинам важные поручения.

***

Благие настроения в лагере померкли. Донесли весть, что вскоре лагерь снимется с места и отправляется в поход. Каждый человек переживал и напряжение, и спешку, и страх. Закипела суета. Наш огромный муравейник забурлил, готовясь сорваться в новый путь.

Я, зная причины, искала тишины. Единственным местом, где ее можно было обрести, оказался походный шатер генерала. Яо Веймин был занят, там не появлялся, а остальные его избегали.

На столе я раскладывала все необходимое: тушь, кисти, тонкую бумагу и две печати. Одна — нефритовая, с резным пионом, печать главы клана Шэнь. Та самая, что Мэнцзы и старая лиса Джан Айчжу так жаждали заполучить, чтобы указывать моим личным шпионам. Другая — тяжелая, из темной бронзы, с гордым драконом Яо Вэймина. Он сам передал ее мне, и сам предложил, чтобы я приходила в его палатку. Я оценила его доверие.