Онлайн книга «Ночи синего ужаса»
|
Они выбрали кафе «Тысяча колонн» на галерее Монпансье. Окна зала на втором этаже были распахнуты, и ничто не мешало наслаждаться теплым воздухом, напоенным ароматами цветов, которые уже распустились в окрестных садах. – Будем надеяться, что публикация вашего объявления принесет плоды, – сказала Жорж Санд, когда они звонко чокнулись бокалами. – При этом я уповаю на то, что, как только расследование будет завершено, вы поделитесь со мной всеми подробностями. Не могу же я позволить Латушу поручить репортаж о ваших подвигах другим журналистам! – Подвиги – это слишком громко сказано, – скромно заметила Аглаэ. – Пока что все события происходят без нашего участия, и дело остается для нас загадкой. Именно поэтому Валантен… то есть инспектор Верн и решил искать возможных свидетелей с помощью объявления. Писательница и журналистка взглянула на собеседницу внимательнее. Сейчас в ее глазах читались восхищение и, возможно, намек на какое-то более сложное чувство. – Говоря о подвигах, я имела в виду не инспектора, а вас и только вас, дорогая. Женщина-полицейский! Согласитесь, это удивительная редкость! Меня охватывает дрожь при одной мысли об опасностях, с которыми вы сталкиваетесь в расследованиях, и о тех злодеях, с которыми вам приходится иметь дело. – Полагаю, у вас слишком романтические представления о работе полицейских, – сказала Аглаэ. – И к тому же наши с вами обстоятельства не так уж разнятся. Вы тоже трудитесь на поприще, которое мужчины до сих пор считали исключительно своей вотчиной. Насколько я успела заметить сегодня утром, в редакции «Фигаро» не было других женщин. И без сомнения, такое же положение дел царит во всех газетах столицы. – Так ведь и я о том же! – заговорщически подмигнула ей Жорж Санд. – Мы с вами готовые героини романа, не хватает лишь талантливого автора, который одним взмахом пера сделал бы нас не менее знаменитыми, чем Эсмеральда у Гюго или Виржини у Бернардена де Сен-Пьера![93] Подавальщик, скучавший в уголке зала – клиентов было мало, и ему некого было обихаживать, – в этот момент приблизился к ним. Вежливо поклонившись, он указал на опустевшие бокалы и весело поинтересовался: – Не желают ли влюбленные голубки обновить? Когда любезничаешь с зазнобой, доброе вино нужно для того, чтобы во рту не пересохло! Аглаэ вспыхнула и закашлялась, а Жорж Санд прыснула в кулак, кивнув подавальщику: – Да уж обнови, любезный! Кажется, последний глоток попал моей спутнице не в то горло, ей не помешает еще один бокальчик! Едва подавальщик отвернулся от их столика, Аглаэ, пунцовая от смущения, шепнула, приложив руку ко рту: – Вы слышали?! Этот олух принял нас за влюбленную парочку! Боже, как неловко! Я готова сквозь землю провалиться! Но писательница ничуть не казалась шокированной этим недоразумением – напротив, оно ее явно позабавило. Она наклонилась ближе к Аглаэ и небрежно коснулась пальцами ее темных локонов, как мог бы сделать любовник. – Какая вы впечатлительная! Уверяю вас, нет причин переживать. То, что гарсон ошибся, лишь доказывает убедительность моего маскарада. Честно признаться, мне даже польстило, что он решил, будто я сумела покорить сердце столь прекрасной дамы. – Не надо так шутить, Аврора! – возмутилась Аглаэ, назвав спутницу ее настоящим именем и поспешно прикрыв декольте косынкой. – Почему вы не развеяли его заблуждение? Что он о нас теперь подумает? Я уже не знаю, как себя вести. Боюсь, что любой мой жест будет неверно истолкован… |