Книга Ночи синего ужаса, страница 92 – Эрик Фуасье

Девушка медленно преодолела несколько лестничных пролетов до антресольного этажа. Радость, с которой она спешила сообщить Валантену об успехе своей миссии, куда-то испарилась. Ей казалось, что каждый шаг требует от нее каких-то невероятных усилий.

К тому моменту, когда добралась наконец до последней лестничной площадки, под самой крышей, Аглаэ уже пребывала в состоянии фрустрации и полного душевного раздрая. А едва она ступила в коридор, где находились кабинеты Бюро темных дел, кровь застыла у нее в жилах от ужаса. Ибо глазам ее предстало кошмарное, чудовищное, немыслимое зрелище.

В сероватом свете дня, который просеивался сквозь запыленные слуховые оконца, четко вырисовывалась могучая фигура Тафика, стоявшего к ней спиной. В другом конце коридора, на расстоянии примерно пятнадцати шагов от него, замер Валантен, напряженно вытянувшись и глядя на помощника. Ничего страшного в этой сцене не было бы, если бы Тафик не целился шефу в грудь из кавалерийского пистолета внушительных размеров.

Аглаэ, издав душераздирающий крик, собиралась броситься на великана и толкнуть его так, чтобы пуля не попала в цель. Но не успела. Курок с кремнем уже ударил о стальную пластину и высек искру, а в следующий миг оглушительно грянул выстрел.

Пуля, направленная опытной рукой, поразила Валантена точно в сердце.

Инспектор пошатнулся и согнулся пополам. Затем на глазах оцепеневшей Аглаэ он выпрямился и широко улыбнулся помощнику.

– Великолепно! – радостно вскрикнул инспектор. – Если не считать неприятных ощущений от удара в грудь, я не почувствовал ни малейшей боли! Вот видишь, ты зря беспокоился, Тафик!

Аглаэ, парализованная страхом в момент выстрела, оттолкнула все-таки огромного грузина и, бросившись к Валантену, прильнула к его груди.

– Слава богу! Ты цел! – выдохнула она, бледная как смерть, крепко его обнимая. – Я думала… думала… не знаю, что я думала, но я чуть не умерла от ужаса! Что за безумие вы тут затеяли?

Все так же улыбаясь, молодой полицейский слегка отстранился, словно смущенный таким бурным проявлением чувств, и, ласково коснувшись пальцами подбородка подруги, заставил ее поднять голову.

– Ты давно здесь? – беспечно поинтересовался он. – Я не слышал, как ты поднималась по лестнице. – И тут до него дошло наконец, как их с Тафиком эксперимент мог выглядеть со стороны в глазах ничего не подозревавшей Аглаэ и насколько она потрясена. Его лицо тотчас омрачилось, в голосе послышалось смятение. – О, милая моя! Мне так жаль, что мы тебя напугали! Но все уже закончилось. Я цел и невредим, как ты можешь удостовериться. Ничего страшного не случилось. Это был всего лишь научный опыт.

Не отпуская Валантена, Аглаэ отступила на шаг, чтобы оглядеть его и действительно удостовериться, что он не пострадал. Только теперь она заметила что-то вроде странного жилета с металлическим отблеском у него под рединготом и удивилась, насколько он кажется твердым.

Инспектор, проследив за взглядом подруги, высвободился осторожно из ее объятий, снял верхнюю одежду и принялся развязывать тесемки, которые удерживали у него на груди необычную амуницию.

– Как видишь, для меня не было ни малейшего риска, – снова заверил он. – Это доспех, защищающий от пуль, я его доделал сегодня утром. Несколько недель с ним возился, а тут подумал, что он может нам очень пригодиться будущей ночью, когда мы пойдем проверять тот амбар в квартале Сен-Мерри. Тут пластины из стали особого сплава, я сам его разработал – он легкий и вместе с тем очень прочный. Может остановить пулю, выпущенную из любого пистолета, при условии, конечно, что стрелять будут не в упор.