Книга Королева скалистого берега. Песнь валькирии, страница 52 – Любовь Оболенская

– Отлично! – обрадовалась я. – Как раз к ярмарке все и успеем.

Старик пожал плечами.

– Сомневаюсь, что мелкие горшки с носиками будут кому-то интересны. Но ты королева, тебе видней.

…Следующие дни были заняты чисто хозяйственными работами. Те, кто разделывал кита, добрались до его костей и сейчас чистили их от остатков мяса, а особенно ценные, поделочные, относили в муравейники, которых было немало в лесу.

В связи с чем мне пришла в голову идея!

Я выгребла из сундука Лагерты одежду, которой было немало, отнесла ее в лес и закопала в муравейники рядом с китовыми костями. Жаль было, конечно, лесных тружеников, которые суетились и наверняка материли нас семиэтажным на своем муравьином языке. Шутка ли – столько строить свой общий дом, и вдруг приходят какие-то великаны, которые суют в него окровавленные кости и вонючие тряпки, набитые полчищами вшей.

– Ну, вы уж извините, ребята, – тихонько проговорила я. – Иначе никак, задолбалась я чесаться. Помогите, пожалуйста. А я вам за это всякие вкусняшки потом носить буду.

Разумеется, из муравейника мне никто не ответил – наверно, не поверили обещаниям великанши. М-да, хорошо, что меня никто из викингов не слышал. Небось, сочли бы, что у дроттнинг фляга засвистела на почве постоянных бесед с богами.

Ну что ж, у каждого свои тараканы в голове. Люблю я со зверюшками поговорить, хоть и понятно, что это беседа в одни ворота, скорее, с самим собой, чем с существом, которое тебя не понимает. Ну и что? Порой и с собой поговорить полезно, иногда из этих бесед можно узнать много интересного.

С такими забавными мыслями шла я из леса обратно. Если из развлечений осталось только с муравьями потрепаться, нельзя ж себе в удовольствии отказывать. Это всяко лучше, чем тосковать по мобильным телефонам и телевизорам, которые все больше казались далеким сновидением не из моей жизни – гораздо менее реальным, чем суровые скандинавские боги, недавно явившиеся мне во сне.

Вообще, если честно, вот эта простая и суровая жизнь сейчас казалась мне гораздо более настоящей, чем моя прошлая. Там я гонялась за какими-то призраками, типа карьеры, моды, мнения людей, которых я совершенно не уважала…

Здесь же я жила!

По-настоящему!

Вкусно, ярко, насыщенно!

Да, не было у меня больше благ цивилизации – но, как ни странно, я уже не тосковала по ним. И предложи мне кто-нибудь вернуться обратно, в мой мир и в мое тело, я бы крепко призадумалась, надо мне оно или же лучше остаться здесь, где люди простые и открытые, природа еще не изгажена человеком, а чувства и ощущения искренни и осязаемы, как брызги соленых волн, разбивающихся о прибрежные камни.

И еще два дня в общине с утра до вечера кипела работа!

Викинги, разделав кита и медведя, теперь коптили мясо на кострах, а также заготавливали его впрок, наполняя им вырытые в земле ямы.

– Когда оно хорошенько протухнет, это будет просто блюдо небожителей, – закатив глаза к облакам, произнес Рауд. – Говорят, сам Один спускается с небес, когда люди открывают ямы с жиром кита, приготовленным самой природой, чтобы насладиться его запахом.

Я невольно поморщилась.

Тело Лагерты отреагировало на эти слова положительно, у меня аж рот слюнями наполнился. А вот я сама содрогнулась от мысли, что буду пить тухлый китовый жир, причмокивая от удовольствия…