Книга Коллекционер бабочек в животе. Том 3, страница 35 – Тианна Ридак

Их диалог висел на волоске. Полина чувствовала, что мадам Вальтер вот-вот вежливо откажет, спрятав разочарование за маской светского равнодушия. И в этот момент к их столику приблизился Ренато. Он возник бесшумно, как тень, но его присутствие сразу изменило плотность воздуха вокруг. С безупречной, почти церемонной галантностью он склонился над рукой пожилой женщины.

— Позвольте приветствовать вас, синьора, — его голос, низкий и тёплый, прозвучал как заверение. Губы лишь символически коснулись воздуха в сантиметре от её кожи, соблюдая все правила, но наполняя старый ритуал неожиданной жизнью. Затем он выпрямился направляя свой взгляд на сидящую напротив женщину, без тени удивления.

— Полина, — произнёс он, и в этом одном слове прозвучало всё: признание, вопрос и обещание продолжения.

Мадам Вальтер наблюдала за этим минутным спектаклем, и её непроницаемая маска на мгновение дрогнула, обнажив живой интерес. В её мире редко встречались мужчины, сочетавшие в себе такую врождённую страсть и такую безупречную выдержку.Этот итальянец был живым произведением искусства.

— Ваш друг обладает редким даром делать жесты значительными, — обратилась она к Полине едва Ренато ушёл, и в её голосе впервые за вечер прозвучала не просто вежливость, а любопытство. — В его манерах читается та же глубина, которую я ищу в искусстве. Скажите, кто он, я имею ввиду по профессии?

— Ренато Рицци — художник. Тот, кто пишет тишину.

— Тишину… — мадам Вальтер задумалась и посмотрела в след Ренато оценивающим взглядом, будто она принюхивалась к дорогому аромату, улавливая в нём редкие и ценные ноты. Затем резко, явно отбросив последние сомнения, повернулась к Полине…'. — Что ж, я согласна с вами поработать. Пришлите мне контракт, но при одном условии, — её глаза снова нашли Ренато. — Я хочу, чтобы этот художник написали мой портрет. Мне кажется, только так, соединив ваше обоняние и его… виденье, можно создать что-то по-настоящему цельное.

Она нашла недостающий пазл. Её заказ Полине был первым шагом в грандиозном проекте, который она вынашивала годами — создание первой в мире публичной «Библиотеки запахов ушедших эпох». Её цель заключалась в сохранении воздуха истории. Запах пыли в мастерской Караваджо, букет вин с пиров Людовика XIV, смолистый дух корабельной смолы на каравеллах Колумба, тяжёлое дыхание больницы времён Крымской войны. Она стремилась к тому, чтобы, вдыхая эти реконструированные ароматы, человек переживал прошлое кожей и лёгкими. И теперь она поняла: один лишь запах — это партитура без оркестра. Ей требовался визуальный ключ, эмоция, закрепляющая мимолётное ощущение в памяти. Живопись, картина, которая станет порталом в ту самую эпоху, запах которой она собирается воскресить. Именно поэтому Ренато, с его даром писать тишину и память, оказался в центре её замысла. Её портрет, написанный его рукой, должен был стать первой картиной-входом в её будущую Библиотеку. Он, сам того не ведая, подошёл поздороваться и стал соавтором её утопии. Мадам Вальтер правда ещё не решила где открыть эту самую Библиотеку. Париж даёт статус, ауру наследия, но здесь, в России, она чувствовала подлинную почву для такого начинания. Здесь история дышит на каждом шагу, ещё не упакованная в стерильные музейные витрины. Возможно, её Библиотека станет мостом между двумя её родинами.