Книга Физрук: на своей волне 8, страница 34 – Валерий Гуров

— Так, ну вот, Володя, всё как я и обещала, — сказала она. — Всё готово.

Я взял план и начал внимательно его просматривать. Было видно, что София Михайловна подошла к делу профессионально. Тут был чёткий график, разбивка по дням, конкретное время и ответственные лица. Всё ясно и по делу. Теперь у 11 «Д» был понятный маршрут подготовки.

Я уже начал прикидывать, где можно усилить, а где, наоборот, не перегрузить ребят. Однако толком углубиться в материалы не успел. В этот момент за моей спиной послышались шаги. В коридоре появилась Марина.

Она резко остановилась и на секунду заметно растерялась, увидев меня вместе с Соней. Но девчонка быстро взяла себя в руки.

— Владимир Петрович, я вам дозвониться не могу, — начала она с ходу. — Вы трубку вообще не берёте.

Я на автомате хлопнул себя по карманам и тут же понял, в чём дело. Телефона при мне не было.

— Похоже, в спортзале оставил, — объяснил я.

— Так, а что случилось-то, Мариночка? — тут же насторожилась завуч.

Напряжение Соня считала мгновенно, опыт у неё был немалый.

— Вас, случайно, не Леонид Яковлевич послал?

— Да, он самый, — призналась Марина. — Он вас прямо сейчас ищет. Орёт как резаный и просит… нет, не просит — вызывает вас к себе в кабинет. Немедленно.

Соня только покачала головой, словно услышала подтверждение своим худшим ожиданиям.

— Значит, я была права, Леонид Яковлевич всё-таки узнал, что со стороны школы уже подана заявка наолимпиаду.

Было видно, что Соня сильно переживает. Криков директора она, конечно, не слышала… Но подавленное состояние Марины говорило само за себя — Леня, когда посылал девчонку звать меня, явно не подбирал выражений.

Я прекрасно понимал, почему завучу сейчас не по себе. Именно она ставила печать в заявлении на участие в олимпиаде. Значит, в глазах директора ответственность автоматически ложилась на неё. В таких ситуациях обычно ищут не решение, а виноватого.

Но давать Соне накрутить себя ещё больше я не собирался:

— Соня, спокойно. Я с этим разберусь лично. Тебе в этом участвовать не нужно.

Завуч посмотрела на меня с сомнением, но в глазах мелькнула надежда.

— Ох, я очень и очень надеюсь, что у тебя это получится, Володя, — ответила она взволнованно.

Я усмехнулся краем губ, стараясь разрядить обстановку, и махнул рукой:

— Так, всё, девочки, — сказал я. — Держите нос выше и по ветру. А я прямо сейчас пойду к Леониду Яковлевичу и напрямую у него узнаю, по какой причине он с утра пораньше закатывает такие истерики.

Соня снова тяжело вздохнула, а потом неожиданно подняла руку и перекрестила меня в воздухе.

— Ну всё, Володя, — сказала она. — С богом. Теперь ты точно можешь идти к Леониду Яковлевичу.

Я пошёл прямиком к кабинету директора. Рядом почти молча шли Марина и Соня. Обе заметно нервничали, старались держаться. По их взглядам было понятно, что за исход этого разговора они переживают не меньше моего и собираются ждать меня в коридоре, пока я буду у Леонида Яковлевича.

— Всё, девочки, — сказал я, останавливаясь у двери. — Ждите здесь. Я вернусь.

Они кивнули, и я открыл дверь и зашёл в предбанник.

Первое, что бросилось в глаза, — секретарша. Девчонка сидела за столом с таким видом, будто по ней только что проехались катком. Глаза у неё были красные, влажные, ресницы дрожали. Сама она растерянно хлопала веками, словно не до конца понимала, где находится.