Книга Графиня снова выходит замуж, страница 30 – Нина Матвеева

Виктория ненадолго умолкла, чтобы ссадить поросёнка с рук, но тот неожиданно принялся визжать так истошно, что со стороны могло показаться, будто его пытаются сварить заживо. За одну долю секунды Виктория успела покрыться испариной и почти что оглохнуть.

Только когда она замерла без движений, этот паршивец с пятачком стих. Однако никакого облегчения Виктории это не принесло — она с ужасом осознала, что её самым натуральным образом взяли в заложники!

— Насколько мне известно, — откашлялся возвышающийся над ней герцог, — поросята ее высочества категорически не признают мужских рук. Поэтому при всём желании я не смогу вернуть его самостоятельно. Даже если я попытаюсь вести его на поводке по парку, он устроит такое представление, — Ривенхол выразительно повёл тёмной бровью, — что моя репутация будет погублена раз и навсегда.

Виктория живо представила себе герцога Ривенхола, ведущего за собой срывающего с поводка поросёнка и даже поморщилась. Нет, это никуда не годится.

— И что вы в таком случае предлагаете? — спросила она настороженно, покрепче перехватывая свою ношу.

— Мы вернём его вместе.Вам нужно донести его до выхода из парка, там я найду экипаж и…

— Мой экипаж должен быть где-то поблизости.

— Прекрасно! — улыбнулся герцог.

А затем наклонился к Виктории и пробормотав веживое «позвольте», бесцеремонно подхватил её под мышки и поднял на ноги. Вместе с поросёнком! Она даже пискнуть не успела, а Ривенхол уже оказался сбоку и, ещё раз нахально улыбнувшись, положил ладонь ей под локоть, словно пытаясь поддержать.

— Постараюсь помочь вам, леди Видмор, — проговорил он будто даже заботливо, — если устанете, не стесняйтесь говорить. Мы можем делать передышки у скамеек.

Ну уж нет, пронеслось в её голове. Эту процессию — графиня, герцог и свинья — должно увидеть как можно меньше людей, и Виктория собиралась приложить к этому максимум усилий. Даже если потом она неделю не сможет поднимать ложку.

Всю дорогу до выхода из парка она считала встречных прохожих. Им с Ривенхолом улыбнулась удача — на пути не попалось ни одного знакомого, никаких гувернанток с детьми и вообще ни одной леди, одежда которой указывала бы на знатное происхождение. Виктория шагала так быстро, как только позволял груз, а Ривенхол удивительно синхронно двигался рядом и даже умудрялся поддерживать её за локоть.

Около экипажа Виктория, наконец, позволила себе выдохнуть. Самое тяжёлое — во всех смыслах — было позади, теперь оставалось лишь добраться до дворца и сдать королевского питомца кому-то из прислуги.

Спрыгнувший с козел кучер хотел было подойти к Виктории, но Ривенхол оказался расторопнее и попросил вернуться того на место.

— Знаете дорогу к королевской резиденции? — спросил он, открывая дверь экипажа.

— Как не знать, милорд…

— Чудесно! Везите нас туда!

С этими словами Ривенхол шагнул Виктории за спину, а когда она подошла к ступенькам экипажа, безо всяких предупреждений взял её за талию и подтолкнул внутрь.

Так с ней не обращались никогда в жизни. Приземляясь на сиденье, Виктория чувствовала себя одновременно оскорблённой, ужасно уставшей и… благодарной. Сама бы она ни за что не взобралась по ступеням так быстро с поросёнком на руках.

Ривенхол тем временем залез в салон следом. Усевшись напротив, он по-свойски дважды ударил ладонью по стенке, давая понять кучеру, что можно трогать, и послал Виктории очередную раздражающую улыбку.