Книга Список подозрительных вещей, страница 99 – Дженни Годфри

– Ты с ума сошла. Я уже говорил тебе, что здесь опасно, пока мы его не поймаем.

– Ты сам будешь оплачивать мои счета? – Она помолчала, а полицейский опустил глаза. – Так я и думала… – Выпрямившись, жестом велела нам забираться в машину. – Он позаботится о том, чтобы вы добрались до дома. И чтобы я больше вас здесь не видела, – сказала она, когда мы сели на заднее сиденье, и, не оглядываясь, пошла по заливаемой дождем улице.

Когда машина отъехала от тротуара, нас, словно громом, поразила чудовищность той ситуации, в которой мы оказалась, и я разрыдалась, а потом за мной последовала и Шэрон.

– Ну-ну, – сказал полицейский. – В этом надобности нет. Большие отважные девочки не должны плакать. Я констебль Блейкс. Было бы хорошо, если б вы назвали мне свои фамилии и сообщили, откуда вы. С этого мы и начнем.

К тому моменту, когда мы доехали до полицейского участка, Шэрон успела изложить констеблю Блейксу нашу уже опробованную историю о том, что мы решили взглянуть на Лидс для нашего «школьного проекта», потом заблудились и добрели до Чэплтауна. Она заверила его в том, что никто о нас не беспокоится, так как дома нас ждут только к вечеру. Я сидела и молчала, страшась того, что он ей не поверит, однако ее уверенность, кажется, расположила его к ней, и я была в восторге.

По прибытии в участок констебль велел нам сесть на неудобные пластмассовые стулья, и мы отвлекались от размышлений о своей судьбе тем, что наблюдали за всеми, кто проходил мимо, и гадали, почему все эти люди оказались здесь. Несмотря на драматические события дня и подспудный страх перед грозящими нам проблемами, чувствовалось, что мы снова вместе.

Наконец констебль Блейкс вернулся, но не один, а вместе с высоким, эффектным мужчиной с темными волосами и в черной кожаной куртке. Во мне промелькнул слабый проблеск узнавания, когда констебль Блейкс сказал:

– Это детектив-сержант Листер. Он живет на пути к вам, так что вы отправитесь домой с особым полицейским эскортом.

По дороге домой Шэрон заново рассказала историю со школьным проектом и нашими блужданиями по Лидсу, приведшими нас в Чэплтаун. На этот раз история была воспринята не беспрекословно. Детектив-сержант Листер задавал все больше вопросов, и в конечном итоге мне пришлось пихнуть Шэрон, чтобы она перестала нагромождать на нас проблемы, из которых нам никогда не удастся выпутаться. Я сидела и молчала до тех пор, пока он не сказал:

– Я собираюсь побеседовать с вашими родителями.

Мне стало плохо. В последний раз, когда у меня были неприятности, я очень долго не могла смотреть в глаза маме и папе. Не из-за наказания, а из-за упрека, брошенного мне тетей Джин. «У них и без тебя забот полон рот», – сказала она тогда мне. Но то было мое опоздание в школу из-за охоты на русского шпиона, преступление гораздо меньшее, чем нынешнее. Гнев тети Джин меня не пугал, я давно научилась противостоять ему, а вот проступок такого масштаба, вероятно, грозил мне концом свободы. В глубине души сидело опасение, что все это может привести к разделению нас с Шэрон. И я не могла с уверенностью утверждать, что она будет сопротивляться.

– Детектив Лестер, прошу вас, пожалуйста. Моя мама болеет, и если она узнает об этом, ей станет хуже, я это точно знаю. Мы хорошие девочки, честное слово. Мы больше так не будем, обещаю. Клянусь нашими жизнями. – Я так торопилась сказать все это, что слова наталкивались друг на друга. Шэрон энергично кивала, и мы обе с мольбой смотрели на него в зеркало заднего вида.