Книга Список подозрительных вещей, страница 146 – Дженни Годфри

И что мне теперь делать?

Когда я открыла нашу входную дверь, из меня слезы полились. Облегчение от того, что папа не Потрошитель, растворилось в раскаленной добела ярости, забурлившей во мне от мысли о том, что он сделал. Как он мог?!

Я взяла его шарф, висевший на крючке рядом с верхней одеждой, и понесла его к себе в комнату. Сняв куртку и туфли, забралась в кровать, прижала шарф к лицу и втянула в себя его запах. От шарфа пахло папой. Сладковато-мускусным потом, «Сварфегой» и теплым деревом.

Во всяком случае, этот запах был характерен для того человека, каким я его считала.

Сейчас я поняла, что совсем его не знаю.

Номер двенадцать

Я не спала до раннего утра, и мой разум бурлил, пока я размышляла над событиями последних нескольких месяцев. Я хотела делать хорошее, но преуспевала, кажется, только в том, что все ломала. Теперь я хранила огромный секрет о папе и Руби. Я думала о Шэрон и знала, что не хочу разбивать ей сердце так же, как медленно разбивалось мое.

Я приняла решение. Постепенно сложился план. Я собиралась еще раз заглянуть в свой список и на этом остановиться, независимо от того, найду я Потрошителя или нет. Пора сосредоточиться на реальной жизни. Я достала блокнот и прочитала записи от начала и до конца, ежась от воспоминаний о том, что происходило; мои глаза наполнились слезами, когда я читала про Брайана. Все вроде бы закончено, кроме одного.

Когда наступило утро – хотя снаружи стояла такая темень, что определить это было трудно, – я чувствовала себя до странности отстраненно, как будто парила в воздухе. Я словно смотрела на мир в нашем черно-белом телевизоре, где звук и контрастность были выключены. За завтраком я наблюдала за мамой, которая ради разнообразия встала рано и приготовила себе чашку чая, мысленно находясь в совершенно другом месте. Теперь я знала, каково это. Папа, опаздывая на работу, влетел в кухню и схватил тост.

– Пока, – сказал он с набитым ртом, а я попыталась взглянуть на него объективно. Я уже знала, что он считается красивым. Однажды я подслушала, как Валери Локвуд сказала, что он напоминает ей темненького из «Придурков из Хаззарда»[40], и мне было забавно наблюдать за тем, как женщины меняют свое поведение в его присутствии. Я никогда не могла допустить, что он так поступит. Мне было трудно заставить себя говорить с ним, поэтому в ответ я выдавила: «Пока».

Землю придавило морозом, на серых улицах и зданиях белым холодом поблескивал лед. Я шла к Шэрон, надеясь, что не столкнусь с Руби. Постучала в дверь и испытала удивление, смешанное с облегчением, когда мне никто не открыл. Я совсем забыла, что в это утро Шэрон собиралась к зубному и планировала прийти в школу позже. От внезапно обрушившейся на меня легкости я едва не плакала.

Пока я шла в школу, холод проник мне в вены и вбросил энергию и решимость в мое тело. Я в общих чертах представила себе свой план. После школы я пойду в Хили-милл – в прошлый раз, когда мы были там, нам помешали – и тщательно обследую здание, не важно, есть там привидения или нет. Все остальное из списка можно вычеркнуть. Осталось только одно.

День прошел словно в тумане, и Иштиаку приходилось пинками возвращать меня в осознанное состояние, когда меня вызывал кто-нибудь из учителей, хотя в тот день все они звучали как учитель из «Чарли Брауна»[41]. Я открывала учебники и делала вид, будто работаю, но слова плясали у меня перед глазами.