Книга Гитлер: мировоззрение революционера, страница 90 – Райнер Цительманн

Шпеер рассказывает в своих воспоминаниях, что гауляйтеры открыто сожалели, что в 1934 г. СА проиграли вермахту. В тогдашних стремлениях Рема создать народную армию они теперь видели упущенную возможность; она своевременно сформировала бы офицерский корпус в национал-социалистическом духе, с отсутствием которого они связывали теперь поражения последних лет[595]. Гитлер, возможно, сам разделял эти взгляды, когда, например, говорил: «Я уже часто горько жалел, что не вычистил свой офицерский корпус так, как это сделал Сталин»[596].

Другие высказывания Гитлера о причинах его неудач[597]заставляют предположить, что, оглядываясь назад, он сожалел о 1934 годе. Об этом свидетельствует и то, что почти через три года после 30 июня 1934 г. он заявил, что к «великому сожалению… должен был уничтожить этого человека и его свиту»[598]. В другой раз он сказал в кругу высших партийных функционеров, что, если однажды будут писать историю подъема национал-социалистического движения, Рема нужно будет вспомнить в качестве второго человека рядом с ним[599].

Если в конкретной ситуации 30 июня 1934 г. Гитлер и принял решение в пользу рейхсвера, то только после продолжительной фазы промедления, шатаний и после того, как, будучи в конце концов поставлен другими перед совершившимся фактом, был вынужден начать действовать против Рема и СА.

В речи в рейхстаге 13 июля 1934 г., оправдывая свои действия 30 июня, он полемизировал с теми революционерами, «которые приветствуют революцию как революцию и хотели бы видеть в ней хроническое состояние». Революция не перманентное состояние: «Если насилие создает смертельное препятствие для естественного развития народа, тогда пусть искусственно прерванная актом насилия эволюция вновь откроет для себя свободу естественного развития. Но не существует состояния перманентной революции или даже благословенного развития через периодически возвращающиеся мятежи»[600]. И в последующие месяцы Гитлер иногда подчеркивал, что борьба за власть в государстве закончена[601]и национал-социалистическая революция завершена как «революционный процесс борьбы за власть», поскольку как революцияона «без остатка выполнила то, что от нее мечтали получить. <…> В немецком народе революции всегда были редкостью. Нервная эпоха XIX столетия у нас окончательно завершилась. В следующую тысячу лет в Германии больше не будет никаких революций!»[602]

Подобные высказывания должны были, конечно, послужить успокоению консервативных кругов, рейхсвера и широких слоев общественности, у которых Гитлер хотел создать впечатление, что дальнейших нарушений общественной жизни не надо опасаться и в будущем все будет происходить в упорядоченных рамках.

Однако 9 ноября 1934 г. Гитлер заявил, обращаясь к товарищам по партии, что «в Германии есть еще «много-много противников нашего движения» и даже последних надо подчинить «нашей воле». Поэтому «миссия партии… сегодня не заканчивается, а только начинается!»[603]Еще за неделю до этого, 1 ноября 1934 г., Гитлер однозначно намекнул рейхсштаттгальтерам в отношении их функции контроля в качестве гауляйтеров: среди чиновников имеются еще «десятки тысяч» политических противников[604]. 21 мая 1935 г. Гитлер подчеркнул, что «когда-то начал национал-социалистическую революцию созданием движения и с тех пор вел ее как акцию»; он знает, однако, что «все мы увидим лишь самое начало этого великого преобразующего движения»[605]. На собрании 100 000 политических руководителей на имперском партсъезде того же года он сказал: «Завершена ли теперь эта борьба? Захват власти — это процесс, который никогда, никогда не заканчивается, т. е., если где-то, тогда тут действует принцип: то, что ты унаследовал, приобретай это постоянно вновь, чтобы им владеть! Так борьба продолжается, и мы вступаем в период второй великой задачи продолжающегося воспитания нашего народа и контроля за нашим народом»[606]. Хотя еще в 1933 и 1934 гг. он неоднократно провозглашал, что нацистская революция окончательно завершена, в заключительной речи на имперском партсъезде 1935 г. он заявил: «Однако мы и сегодня еще находимся в процессе ликвидации революции, это значит, национал-социалистической революции, это значит, что взятие власти должно постепенно найти свое завершение в принятии руководства». Поскольку ферменты старого государства не могут быть преодолены и устранены сразу, во многих местах возникает необходимость тщательного контроля за развитием, которое ещене «обеспечено без остатка как национал-социалистическое». Поэтому может случиться, что партия окажется вынужденной вмешаться напоминанием и, «при необходимости, корректировкой» там, где ход государственного руководства противоречит национал-социалистическим принципам[607].