Книга Соколиные перья и зеркало Кощеевны, страница 168 – Оксана Токарева

Ева сидела в своем закутке ни жива ни мертва. Карина уже пугала ее расправой с близкими. А отец, хотя, в отличие от Михаила Шатунова и не вступал в открытое противостояние с Хозяином Нави, но острые репортажи на экологическую тему снимал еще в девяностые. Да и в ситуации с «Окскими зорями» в стороне оставаться не мог, хотя и не знал, для чего на самом деле лагерь понадобился Карине.

— Ты чего это там застыла, словно окаменевшая? — с подозрением глянула на Еву Мшара, навешивая кучу поручений на целый день.

— Вроде Скипер у нас не василиск, хотя и тень бесплотную до кондрашки доведет, — хохотнула Няша, берясь за прялку.

Золотая нить у нее выходила неровной и постоянно рвалась, а узор на пяльцах, за которые уселась Мшара, получался настолько кривой, что в нем уже с трудом угадывалась изначальная задумка. При этом у Евы, хотя она толком не умела прясть, да и вышивала довольно посредственно, стежок ложился к стежку, да и ниточка из кудели тянулась не хуже, чем на машине.

Кикиморы, впрочем, не унывали, а только подсчитывали грядущие барыши и завистливо переругивались, поминутно меняя пяльцы на прялку и наоборот. Вероятно, из-за этого и выходило косо.

Ева разобраласьв паре кладовок, провела генеральную уборку в столовой и еще в куче каких-то невероятно пыльных комнат и теперь молола на ручной мельнице ячмень, не в силах избавиться от тревожных мыслей об отце и Филиппе. Что имел в виду Скипер, говоря о том, что собирается припугнуть? Какие Карина собирается использовать рычаги давления на редактора? На какие еще муки она обречет Филиппа, если хлопоты желаемых результатов не принесут? А что, если придется выбирать между отцом и Филиппом? Проще же в реку Смородину нырнуть!

К ужину вернулись Никита и Елань, раздраженные и злые. А Ева только приготовила подарок Водяного. Похоже, свидание с Филиппом откладывалось.

— Ты что себе возомнил, дубина?! — выговаривала водиле кикимора, сейчас выглядевшая настоящей красавицей в образе роковой соблазнительницы. — Я столько времени потратила, чтобы этого толстосума с портфелем захомутать, а ты морок весь мой разрушил!

— Да не разрушал я ничего! — напористо оправдывался Никита. — Ты кровь его начала пить прямо в ресторане, в общественном месте. Да еще если бы по-умному, понемногу, как Дина с тем юристом. Так ты ж его едва не досуха опорожнила! Я испугался, что он сейчас там прямо за столиком и помрет, а ты фигурантом дела станешь. Вот следаки и писаки обрадовались бы! Личная помощница Карины Ищеевой замешана в смерти чиновника из департамента охраны природы!

— Да пошел ты! — не нашла ничего возразить Елань. — А вы что тут расселись? — давая выход раздражению, напустилась она на Мшару и Няшу. — Скипер говорит, что, пока я там старикана ублажала, вы тут совсем распустились?

— Да врет он все! — обиделась Мшара.

— Мы день и ночь работали, трудились не покладая рук, как пчелки.

— Вот я и вижу! — подозрительно прищурилась Елань, пройдясь по кухне на каблуках, казавшихся еще более высокими в сочетании с мини-юбкой, открывающей длинные, безупречно стройные ноги. — Посуда блестит, на полу ни соринки, полотенца чистые, ужин не пригорел.

— Так радоваться надо, — вступился за кикимор Никита.

— Возможно, — продолжила осмотр Елань, придирчиво разглядывая тазы и чайники, и вправду спорившие блеском с пайетками на ее платье.