Книга Соколиные перья и зеркало Кощеевны, страница 157 – Оксана Токарева

Ответили ей не сразу. Ей пришлось трижды повторять стук, который звучал, как ей казалось, тише готового выпрыгнуть из груди сердца, прежде чем где-то в глубине дома раздался недовольный женский голос, похожий на тонкий визг электропилы:

— Кого там леший несет на ночь глядя?

Ева, как наставляла волчица, приняла согбенную позу и жалобно запричитала:

— Пустите, люди добрые, переночевать! Меня мачеха за огоньком послала, а я заплутала, с дороги сбилась.

— Да где же живет твоя мачеха? — удивленно спросил еще один голос, низкий и грудной, отдаленно напоминающий урчание засасывающей добычу трясины. — До Медного царства отсюда не менее трех дней пути.

— Вот я столько времени по здешним лесам и плутаю, — ухватившись за поданную идею, расплакалась Ева.

Благо, притворяться ей почти не пришлось. Напряжение последних часов требовало выхода.

— Мы с сестрами и мачехой в Красной слободе живем, неподалеку от Ярилина городища. Я хотела у соседей взять, а мачеха говорит, иди к реке Смородине. Принесенный оттуда огонь никогда не гаснет.

— Так она тебя на погибель послала, — равнодушно хмыкнула обладательница тонкого визгливого голоса, приотворив дверь и с интересом разглядывая Еву.

— Никому, кроме самых могучих кудесников,не под силу тот огонь добыть, — своим грудным контральто подтвердила ее товарка, показываясь из-за двери.

— Так что же мне делать? — еще пуще заплакала Ева. — Мачеха сказала без огонька не возвращаться. Может быть, мне можно остаться у вас? — с надеждой глянула она на окутанных густой тенью собеседниц. — Вам прислужница случайно не нужна? Я могу стирать, убирать, обед готовить, за скотиной ходить.

— Нет у нас никакой скотины, — недружелюбно повела длинным крючковатым носом обладательница скрипучего голоса, оказавшаяся долговязой и тощей не хуже иных фотомоделей, но при этом удивительно несоразмерной и несуразной.

— Скипер не в счет, — хохотнула ее товарка, внушительным габаритам которой позавидовала бы даже Ксюша.

— Я еще могу шить, вышивать, за больными ходить, — поспешно перечисляла Ева. — Воду носить, печку растапливать, золу выгребать.

Собеседницы, в которых Ева, приглядевшись, узнала двух кикимор, которые помимо Танечки прислуживали Карине, а в одном из видений лечили Филиппа и пили его кровь, переглянулись.

— Ну как ты считаешь, Мшара, — задумавшись, поправила неопрятно свисающую прядь зеленоватых волос толстуха. — Может, и вправду пустить. Пускай она за нас всю работу выполняет. А мы лучше полежим да поболтаем, а хозяйке скажем, что это мы такие пословные да расторопные.

— Да ты погоди тут строить планы, Няша! — строго оборвала товарку тощая Мшара. — Надо сначала глянуть, какая из нее работница.

— А что там глядеть? — беспечно махнула пухлой рукой Няша, названная так явно не из-за любви родителей к аниме, а получившая имя в честь илистой топкой заводи. — Не справится или подведет — мы ее съедим.

— Да кому она нужна! — плотоядно принюхавшись, разочарованно протянула Мшара, которой не пришлась по вкусу и пролитая в Слави кровь Филиппа. — Тень бесплотная из чертогов предков. Главное, чтобы Скипер не дознался. Слыхала же, что хозяйка велела докладывать обо всех, кто придет.

— Так это она имела в виду живых, — махнула рукой Няша. — Надеется, что хозяйка пера к ней пожалует. Хотела бы я посмотреть на такую дуру, которая по своей воле голову в западню сунет.