Книга Право на дом, страница 126 – Анна Щучкина

Я кивнул.

– Все это время он ждал, пока очередная фигура падет: дом Корс и все дитто белого дракона, потом Рейн, потом я… – Мой голос зазвенел от ярости. – Он давно решил наши судьбы. Зараженный или нет, он не остановится. – Я горько усмехнулся. – Но остановимся мы.

Глубокая тишина повисла между нами. Лишь ветер качал высохшие ветви, разнося запах пепла – символ нашего пути.

Я сделал шаг вперед, подняв взгляд на темное, разорванное облаками небо. Это было не просто решение – это был приговор.

– Хватит. Пора возвращать Анису, – сказал я медленно и уверенно. – И встретиться с Рейном. Все остальное – потом. Останется лишь последний шаг, и все завершится, Дэниел.

Пронизывающий южный ветер леденил кожу, но казался искусственным, словно принесенным из мира, который уже замолчал. Синева неба давным-давно сменилась серостью, а вдали клубился черный туман, похожий на дышащий силуэт огромного зверя.

Я стоял без движения и смотрел перед собой. Мой плащ трепетал на ветру. Передо мной на скальной площадке лежал дракон смерти. Его темная шкура переливалась блеском костей, ледяной синевой магии тлена и трещинами, из которых сочилась пустота.

При своих гигантских размерах он казался легким, будто готовым взлететь вопреки законам плоти. Желтые глаза светились, впитывая остатки заката. Не просто хищник – сама древность. Великая сила, неподвластная даже времени.

– Полетаем? – бесстрастно спросил я.

Дракон медленно поднял голову. Его крылья слегка расправились, пропитанные тьмой и болью, настолько мощные, что воздух вокруг трещал, будто состоял из осколков. Голос прозвучал одновременно внутри и снаружи моего сознания:

«Ты – мой дитто. Что дальше будет с тобой, зависит только от твоей силы. А сила приходит с полетом, Александр».

Мои губы дернулись в усмешке. Это звучало как предложение, но подразумевало приказ.

– Позволишь?

Ответа не последовало. Я приблизился, разглядывая острые костяные пластины вдоль драконьей шеи, а потом, понимая всю комичность момента, достал заранее подготовленное седло.

– Никогда не летал на драконах, – продолжал говорить я, стараясь скрыть волнение, пока затягивал ремни.

– Я наслаждаюсь решимостью, с которой ты идешь к кровавому горизонту, – ответил Хетт, напоминая, что от него невозможно скрыться.

Закрепив седло, я вскочил на спину дракона.

– Жаловаться на отсутствие обивки бессмысленно, да?

Услышав смех ветра и странный гул в голове, я понял: назад дороги нет.

Когда дракон взмыл вверх, воздух вспыхнул едва заметными искрами. Ветер ударил в лицо, забивая легкие холодом древности. Это был не просто полет – это был прорыв через границы возможного.

Дракон парил, словно ожившая тьма. Его прозрачные крылья издавали низкое гудение, создавая вихрь из разорванных частиц реальности. Мир озарился тусклым синим светом, отражающим магию, которая пронизывала кости этого существа. Каждый взмах крыльев отзывался ударом не только физическим, но и душевным.

Я держался крепко, чувствуя единство с этой силой. Она не противилась моей власти, но и не подчинялась полностью. Мы были союзниками, связанными болью и решимостью.

Грозовое небо над Таррванией сотрясалось, сверкая молниями, которые судорожно разрезали тьму. Я сжал зубы, но не остановил дракона.

– Это знак, – произнес я ровно.