Книга Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров, страница 180 – Саша Гран, Анна Щучкина, Евгения Липницкая, и др.

Переглянусь дружинники и говорят:

– Ты колдовать вздумал и людей калечить?

– А вам-то что? – Емеля повернулся и язык им показал.

– Одевайся, к Царю тебя повезем.

– Неохота.

Рассердилась царская дружина. Они – к нему, чтобы с печи стащить да за шкирку выволочь.

А Емеля знай себе шепчет:

– По щучьему веленью, по дьявольскому хотенью – наломай, дубинка, им бока.

Дубинка из-за печи вылетела и давай бить дружинников так, что те едва ноги унесли и к Царю с докладом поспешили.

Царь как о том услышал, удивился, что его солдаты с каким-то деревенским дурачком управиться не смогли. Послал он тогда с ними лучшего своего вельможу, самого смекалистого и верного.

Вельможа первым делом к соседям Емели пошел, у которых его родные прятались. Там ему рассказали, что парень ленив, глуп и не любит ничего, кроме отдыха и подарков. Тогда вельможа послал дружинников и велел накупить гостинцев, какие те посреди ночи раздобыть смогут. Те воротились с пряниками, конфетами и расписными игрушками. Только покупать они ничего не стали: по избам прошлись да именем Царя у народа отобрали, что им понравилось, а деньги, какие им вельможа дал, промеж собой поделили.

Взял вельможа подарки и пошел к Емеле один.

– Емелюшка, дитятко, – молвит он с порога ласково. – Гляди, Царь-то наш батюшка тебе гостинцев прислал, в гости зовет. Что на печи лежать да просто так в потолок плевать? Поедем к Царю вместе. Он тебе еще больше подарков надарит да вкусно накормит с собственного стола.

– Неохота.

– А шапку соболиную и кафтан красный охота примерить? Они тебя уже в царских палатах дожидаются.

– К чему мне?

– Будешь пригож, как королевич. Поехали, Емелюшка. Царь сапоги тебе сафьяновые подарит и на троне даст посидеть. – Врал вельможа знатно, но уж очень ему хотелось Царю угодить и дурака поскорее доставить.

– Ладно, – протянул Емельян. – Поеду, так уж и быть. – С печи ему слезать неохота было, поэтому он шепнул: – По щучьему веленью, по дьявольскому хотенью – поезжай, печка, к Царю.

Раскочегарилась печь, зафыркала, зашипела. Покраснело внутри, забулькало да застонало. Из трубы черный дым с алыми искрами повалил. Зашаталась изба, затрещала крыша, вылетела стена, и печь выехала прямо во двор.

Захохотал Емеля еще громче. Не оглянулся, когда крыша родного дома с треском внутрь упала, прямо на вельможу, который выскочить не успел.

Поехала печь по дороге через деревню да прямо в город. Пыхтит, рычит, горящие уголья раскидывает. И везде, куда эти уголья упадут, пожар начинается. Катит печь быстрее и быстрее, ревет, не останавливается, все на пути сметает, всех насмерть сминает, а за нею кровавый след по снегу тянется.

Царь той ночью так глаз и не сомкнул – новостей от вельможи ожидал. Вдруг слышит: на улице шум, гам, крики. Выглянул в окно, а город в огне. Люди тушат и потушить не могут. Паника кругом такая, будто ад разверзся.

Выскочил государь на крыльцо, а ворота царского двора с петель сорвало, и внутрь въехала печь – вся в крови и саже, и на ней парень молодой сидит и звонко смеется так, что за живот держится, чтоб не надорваться.

Смекнул Царь, что дело плохо, а до утра еще далеко. Спасать подданных нужно, иначе править будет некем.

– Наконец ты приехал ко мне в гости, Емельян! – поприветствовал его Царь и руки распахнул так, будто обнять собирался. – Слезай с печи, пойдем в мои палаты! Прикажем стол накрыть да гостей созвать, чтоб веселее было!