Книга Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров, страница 135 – Саша Гран, Анна Щучкина, Евгения Липницкая, и др.

* * *

Наутро в дверь Бистилла кто-то отчаянно стучал, отвлекая от завтрака. Колдун поставил чайник с травяным настоем на деревянную доску, вытер руки о полотенце и отправился к двери.

На пороге стоял староста деревни Иглан, невысокий мужичок в овечьем тулупе, подвязанном красным поясом, с седыми волосами, торчащими из-под шапки, и пронзительно серыми глазами в окружении лучинок морщин. Позади у крыльца топтались несколько мужиков и заплаканная Ланна. Еще недавно женщина приходила к нему за настоем от простуды для младшего сына. Первое, о чем подумал Бистилл: с ребенком что-то случилось.

– Здравия, Иглан. Что стряслось? – насупился колдун.

– Стипиан к тебе не заглядывал? – без приветствия спросил староста.

Бистилл удивленно поднял брови, переведя взгляд с Иглана на остальных. В глазах Ланны, жены Стипиана, застыла надежда, но колдун лишь покачал головой и сказал, что его не видел.

Выяснилось, что один из лесорубов вчера не вернулся домой, хотя отродясь такого не случалось и загулять он не мог. Утром Ланна пошла по соседям, знакомым, а потом и по всей деревне, но никто со вчерашнего дня Стипиана не видел.

Бистилл присоединился к поискам, пытался войти в транс и почувствовать что-то о пропавшем, но нутро молчало. Лесоруб канул сквозь землю, так его и не нашли. Уже возвращаясь поздно вечером к своему дому, колдун остановился на площади, любуясь, как красиво нарядили ель к празднику. Дерево так и пестрело самодельными игрушками, а кто-то сшил даже человечков, и один из них был в костюме лесоруба, видимо, в честь тех, кто привез ель в деревню.

Колдун пригляделся: игрушка смутно напомнила ему Стипиана, но Бистилл отмахнулся от этой мысли, сославшись на усталость. Завтра всем предстояло отправиться на поиски в лес.

* * *

На третий день после пропажи Стипиана в дверь снова кто-то тарабанил с утра пораньше, выдернув Бистилла из транса. В комнате стоял полумрак, и голову дурманил дым от благовоний. Колдун понимал, что в обычное время никто не стал бы так бесцеремонно ломиться, но последние дни выдались странными и нервными, отчего людям можно было простить всякое. А может, Стипиан вернулся, и Иглан пришел рассказать об этом.

Но нет, на пороге стоял не староста, а Воран. Он запыхался, будто до этого долго бежал, шапка съехала набок, и куртка была расстегнута.

– Хамнет пропал, – выпалил мужчина, стоило только Бистиллу открыть дверь.

Хамнет тоже был лесорубом, поэтому тревога забила в голове колдуна набат. Это уж точно было странным и на совпадение не похоже.

– Зайди в дом. Я соберусь и отправимся к Иглану.

– Нет, они там уже ищут по всей деревне, а мне велели к тебе прийти. Пойду к ним помогать.

– Тогда я закончу ритуал и приду.

Едва за Вораном захлопнулась дверь, Бистилл схватился за голову и опустился обратно на сложенные перед столиком с благовониями подушки. Выдернутый из транса, он ощущал себя будто пьяным, однако закрыл глаза и постарался настроиться снова, чтобы закончить начатое. Уже на выходе из своего особого состояния перед глазами Бистилла предстала ель на главной площади, вытянутая ввысь. Она казалась громадной, ствол расширялся, и деревня вокруг уменьшалась, становясь будто игрушечной. Бистилл хотел было вглядеться в густые ветви, но видение неожиданно исчезло так же быстро, как и появилось.