Книга Леденцы со вкусом крови, страница 73 – Дэниел Краус

Лили-путка взволнована, как щенок. Не могу соврать и сказать, что это не так. Она берет Даг за руку, и обе выглядят счастливыми. Я не могу их винить. Какое-то время мы с мамой были у Лили-путки, но мы не делали ей скидок. У Даг тоже когда-то была сестра, но той сестры давно уже нет. Настала очередь мухе и липучке повстречаться. На секунду новая пара сестер смотрит на меня – и ошибки тут быть не может, даже дурак вроде меня должен смекнуть. Это – предложение присоединиться к их новой семье, хотя они знают: я к ней не принадлежу. Несмотря ни на что, это все-таки приятное предложение. Все, что нужно сделать, – подтянуть задницу поближе, собрать мозги в кучку и стать старым добрым Джоди, то есть – привычным собой. Конечно, Лили могла бы сначала взять Даг за руку, но теперь Даг – насекомое, у нее много добавочных рук. Хватайся за любую, если осмелишься.

Я пока не осмелился, потому и стою, не двигаюсь.

Даг и Лили грациозно пересекают комнату. Обе ступают так мягко, что под ногами ничего не хрустит. Они как будто летят, не идут. Летят, как настоящие мухи. Это чертовски красиво, но мне хочется крикнуть им: а ну стойте! Лили-путке нравится стоять на голове, верно? Как насчет того, чтобы я приказал ей провернуть этот трюк прямо здесь и сейчас? Прекрати летать, переверни всю ситуацию с ног на голову. Но что бы я сейчас ни сказал, это ничего не изменит, по крайней мере – для Робби. Он пообещал Даг грандиозное мероприятие в эту ночь – и так или иначе он его устроит.

Даг тихонечко отворяет дверь в комнату Робби и заглядывает внутрь, вся из себя улыбающаяся и озорная. Хотя я-то знаю, какая она, эта Даг. Никогда еще она не выглядела такой разгневанной – и дело тут даже не в пощечине. С Лили-путкой под руку она заходит внутрь, под аккомпанемент торжественной тишины. Единственная ошибка, допущенная летящей парой, – метательный диск в форме дракона царапает дверь Робби. Робби, однако, не вскрикивает, не всхрипывает, не шмыгает носом, ничего такого. Я думаю, он спит, или пьян, или ему просто все равно, что будет дальше.

Дверь мягко закрывается. Я один. Ну разве же так проводят Хэллоуин? Не могу я просто стоять здесь, глядя на длинную царапину на двери, и слушать девчачий шепоток о том, что нужно избавиться от клещей, покуда они тебя не высосали насухо. К счастью для меня, есть о чем подумать. Маленькие дети. Куча детей. Они уже у двери. Черт возьми, они прямо-таки выпрашивают себе угощения.

Темень такая, что даже звуки, похоже, глушит. Атмосфера снаружи уже очень напряженная, и детишки, целая орава, просящая конфет, – это точка высшего натяжения. В дверь звонят сперва один раз, затем еще и еще, потому что звонить в дверь чертовски весело, это все знают. Шум все громче и громче, но меня это не беспокоит. Забавно, если вдуматься. Какая-то сумасшедшая акулья неделя может пролететь всего за один день, а? Тут даже робокоп бы призадумался… Ну вот, взгляните на меня сейчас. Я – один. Я – главный. Я – взрослый. Да как же оно так вышло, мать его?..

Даг хорошенько оттопталась на мешке, но он все равно тяжелый. Намного легче, чем Гвендолин, и я отлично справился с ней, не так ли? Не спрашивайте меня почему, но, поднимая мешок с пола, я вспоминаю Кайла Кетчама, номер шестьдесят девять. Этот паскуда сказал Робби, что, после того как тот отделал тренера С., вся его жизнь пошла наперекосяк. Да только это фигня, это пустой прогон. Для убийцы существует множество вариантов. Всего-то и нужно, что немного развить визуальное воображение.