Онлайн книга «Закат»
|
Люди приходили только в Первый и Второй годы. Гофман не любила это вспоминать. Она не сожалела о своей реакции, но знала, что должна сожалеть, если судить по прежним меркам. Высокий бородатый мужчина с пустой детской коляской дернул дверь, отчаянно пытаясь спастись от подступающих сзади зомби. Гофман смотрела, как его ели. Мальчик-подросток, скрывающийся в предрассветных сумерках, надел спортивный обруч, который удерживал зомби на расстоянии вытянутой руки. Если кто-то и заслуживал, чтобы Гофман позаботилась о его безопасности, так это он. Но она проигнорировала мальчика. Четыре человека – семейка – каким-то образом узнали, что здание обжито, и сорок минут кричали, чтобы их впустили; Гофман, не желающая палить местоположение всем местным зомби и налетчикам, была готова разбить окно на втором этаже и забросать бедную семью тяжестями. Она бы так и поступила, если бы семью не прогнали десять зомби – целая футбольная команда. Этта Гофман не была героиней. Она убедилась в этом на 4095-й день, в 4:55, в день, час и минуту первого звонка Снуп. Снуп, которая так много хотела о ней узнать. Снуп, которая убедила Гофман довериться ей, потому что так было правильно. «Истории, собранные за десять лет, могут оказаться по-настоящему важными, – сказала она. – Вы могли бы помочь многим понять, как мы к этому пришли». Если бы Снуп узнала, как «много» Гофман сделала для человечества, она бы перестала звонить. После того как Снуп хитро выпытала имя Гофман, та решила, что дни ее сочтены. Впервые за десять лет она изменила свой график, работая на два часа в день больше. Дописала окончательный вариант предисловия, наконец-то удовлетворившись инструкциями по использованию архива. Закончила обширное оглавление, которое, по ее мнению, было бы наиболее полезным для будущих читателей. Выбрала для упаковки архива водонепроницаемый, высокопрочный, самоклеящийся эластичный пластик, который нашла в отделе техобслуживания. Наконец, стала рассматривать идею самоубийства не вскользь и отстраненно, а прямо и откровенно. Другие вопросы она так не рассматривала. Было сложно: оружия у нее не было, химию достаточно точно, чтобы травиться таблетками, Гофман не знала, спрыгнуть со здания было нереально – оно было не настолько высоким. В плане повешения она не доверяла ни себе, ни старому потолку. Самосожжение ставило под угрозу архив. Перерезание вен – она читала, что это ненадежно. И пришла к выводу, что единственный верный способ – выйти на улицу и позволить зомби схватить ее. Гофман думала об этом каждый день. Раздеться, чтобы ее было легко укусить. Разобрать баррикаду, как бы приглашая зомби. Но шли дни, а она ничего не делала. Даже после того, как заметила в РДДУ первых двух крыс-зомби, ковыляющих бок о бок по центру главного коридора. Она сразу стала безжалостно ругать себя. Типичная Этта Гофман. Разочаровавшая всех врачей, родственников и потенциальных друзей, заставив их отказаться от нее. Впадающая в ступор от одной мысли о том, чтобы нарушить распорядок дня. Когда в дверь постучалась Снуп, Гофман некого было винить, кроме себя. Гофман всегда вставала рано, ровно в половине шестого. Но сегодня встала еще раньше. Ее разбудил «тук-тук-тук», необычно громкий для зомби. Мозг со сна принял «тук-тук-тук» за отдаленные барабаны, как в старых приключенческих фильмах про джунгли и охотников за головами. |