Книга Закат, страница 55 – Дэниел Краус, Джордж Эндрю Ромеро

Вспомнив беззаботную Снуп, Гофман решила, что начинается новая эра. Может, и к лучшему, хотя она бы назвала это Вторым Средневековьем. Эту фразу, как и использование слова «зомби», придумала не она, а звонящие. Энергосети рухнули, города погрузились в темноту, производство продуктов питания и утилизация отходов потерпели крах, а способы обмена информацией – строительный раствор, скрепляющий кирпичи цивилизации, – исчезли.

Имея на руках хорошие истории, можно было вычислить мотив каждого года Второго Средневековья, а Гофман собрала лучшие из лучших. Первый год, например, казался бесконечной ночью, сквозь тьму можно было видеть всего на пару метров. Казалось, каждый встречный-поперечный звонил Гофман из заколоченных домов, где склоки разобщали выживших, и зомби становилось проще их пожирать.

Второй год принес войну. Даже аполитичная Гофман понимала ее неизбежность. Некоторые страны могли противостоять угрозе зомби хуже других, и начавшийся хаос стал лакомым кусочком для тех, кто давно хотел тяпнуть кусочек земли или за что-то отомстить. Случались вторжения. Беспилотники, танки, истребители, пехота. Исторические города были стерты с лица земли. Порой случался и бесконтрольный геноцид. Любая война привлекала третью сторону, которая побеждала всех воюющих. Ходили слухи о зомби с оружием – впрочем, Их было немного, Они были неуклюжи, и вообще слухи не подтвердились. Но это тревожило очень многих. Ведь это мы научили Их всему, что Они знают.

Иногда даже никаких разборок и схваток не было. Под предлогом уничтожения зомби территории бомбили ядерным оружием. Неизвестно, был ли это просто предлог или реальная причина. Так или иначе, это не сработало. Бомбы превратили знаменитые небоскребы в груду радиоактивного мусора и убили, по оценкам Гофман, десятки миллионов человек, большинство из которых вернулись в виде зомби – миллионы сразу. До Гофман дошли слухи, что атомные зомби были хуже прочих: Они могли убивать, не прикасаясь. Сама Их плоть излучала смертельные дозы радиации.

Третий год ознаменовался массовым бегством из городов в сельскую местность. Гофман поступали звонки со странными кодами городов, которым предшествовали еще более странные коды стран. Часто это были острова на окраинах Америки, заселенные в расчете на то, что их защитит водный барьер, но нет. Острова были подобны возвышенностям на поле боя: туда хотели попасть все, и начиналась такая бойня, какой и в крупнейших городах не было. Гофман слышала об острове, население которого было полностью уничтожено, и зомби были совершенно ни при чем. Третий год научил живых, что «безопасные» места могут оказаться поопаснее прочих.

Гофман, надежно укрывшаяся в своем бункере, в полной мере оценила Второе Средневековье только на Четвертый год. Количество звонков сократилось. Гофман, нуждаясь в деятельности, начала проект по каталогизации и индексации. Периодически обновляя данные, она узнала, что наиболее успешные выжившие обосновались там, где были преимущества, аналогичные РДДУ: на спортивных аренах, на продуктовых складах, в торговых центрах. За неделю, начиная с 1471-го дня, Гофман получила с одного и того же номера в Пенсильвании не менее семидесяти звонков. Люди по очереди звонили с сотового, чтобы рассказать о небоскребе для богачей, павшем жертвой зомби. А теперь пришли и за ними, нуворишами, так что они побегут, но сперва обязаны рассказать свои истории, даже если это означает смерть.