Онлайн книга «Закат»
|
– Я пыталась… но все проходит… это все свобода… – Дженни, нет, пожалуйста! – Я воплощаю… боевой дух Военно-морского флота… – Совершенно верно! Воплощаете! Ну же! – Я клянусь подчиняться приказам… вышестоящих… – Это я, Дженни! Я отдаю вам приказ! – Я… гражданка Соединенных Штатов… – Моряк, Дженни! Скажите это! Скажите только одно слово! Вы моряк! Шлем опустился на грудь, и Нисимура увидел ее затылок. Каштановые кудри засалились от постоянного нахождения в темноте. И хотя самолет трясло, Дженни Анжелис Паган была спокойна. И на этой ноте все кончилось. Порой несчастья обладали отложенным эффектом; как странно было думать, что тайна обмана с человеком за бортом никогда не будет раскрыта. Другие несчастья были молниеносны. Он никогда не довезет Дженни до Детройта. Никогда ничего не узнает о ней, кроме того, что она была самым храбрым пилотом, которого он когда-либо знал. Нисимура не смотрел на павшую боевую подругу. Снаружи простирался океан, принимающий лазурно-голубой оттенок. Земля была уже близко. Нисимура вспомнил одни из последних слов Дженни. Но это не Калифорния, извините. Интересно, куда они летят? Облака расступились, и Нисимура увидел коричневую полоску пляжа – земля, – и стал искать рычаги катапультирования, о которых упоминала Дженни. Их было легко найти, очень уж яркие. Шлем Дженни снова приподнялся. Радость охватила Нисимуру. – Да! Пилот, прекрасно! Дженни! Да! Слушай! Не засыпай! Дженни, у тебя получится! Ты сможешь посадить эту штуку! У тебя получится! Ты сможешь… Ее костюм был громоздким, а подголовник – облегающим. И все же Дженни повернула голову на десяток сантиметров дальше, чем это было возможно. Кожа на шее, натянутая с одной стороны, лопнула со звуком рвущейся тряпки. Кислородная маска, заляпанная кровью, свисала с разинутого рта, из которого текли черная жижа и розовая слюна. Сквозь темное забрало Нисимура разглядел белые зрачки Дженни. Ее челюсть отвисла, и Дженни зашипела. Нисимура нажал на оба рычага, хотя ему было велено нажать только на один. Но осторожничать времени не было. Карл Нисимура исчез, взметнулся в безвоздушное, слепящее небо, брошенний через бескрайнее, сверкающий океан, как пылинка на ветру, и испытал целый шквал ощущений одновременно: горячо, холодно, твердо, быстро, хлестко, больно, – но все эти чувства слились в одно. Одиночество. 57. Невероятный талант Шипение выхлопа, гудок заднего хода, влажное чавканье – звуки раннего утра были такими знакомыми, что Шарлин полчаса ворочалась в дремоте, прежде чем поняла, что ей следует встревожиться. Это был шум мусоровоза. Она встала. Она не включала генератор и не была уверена, что когда-нибудь включит его снова. Вчера вечером Шарлин посмотрела последнюю передачу WWN. В конце концов телекамеру передвинули так, что она показывала только софиты на потолке и их безумную цветомузыку. Но звук все еще был слышен: крики, ворчание, шарканье ног и причмокивание. Шарлин вытащила разделочную доску из щели в заколоченных окнах – своего тайного смотрового отверстия. Отправила в рот горстку черствого миндаля и посмотрела, что там, в конце квартала. Это был не один мусоровоз. Их было три. В ночь, когда они сбежали из морга, Луис узнал из соцсетей, что люди обвиняют в смертях латиноамериканцев, которые, как оказалось, преобладали среди местных уборщиков. |