Книга Закат, страница 123 – Дэниел Краус, Джордж Эндрю Ромеро

Форт-Йорк, как только Ричи туда попал, вызвал у него разочарование. Особенно – тамошний босс, ходячая головная боль по имени Карл Нисимура. Но в остальном это было именно такое местечко, какое доктор прописал. Нисимура утверждал, что Форт-Йорк представляет собой союз развивающихся сообществ. Если так, то тем лучше, ибо это означало, что этим местам тоже нужен Ричард Линдоф. Он набросится на этих людишек, высосет из них все внутренности, поставит их на колени, как это сделал Беовульф. «Беовульф против всех». Господи Иисусе, он заставит этих ублюдков почувствовать то, что сам чувствовал первые четыре десятилетия своей жизни.

Им всем только и останется, что слезы по рожам размазывать.

Первое и единственное правило: мойте чертовы руки. В мире без антибиотиков и противовирусных препаратов люди были так же уязвимы, как золотые рыбки в пакете с водой. Легкий кашель, насморк, небольшая царапина. Что угодно могло вывести вас из строя навсегда. Время, проведенное Нисимурой на авианосцах, подготовило его к задаче организации общества, и ничто из того, чему он обучался, не было столь ценным, как гигиена. Задолго до того, как зомби наполнили новым смыслом само понятие «заразность», хвори пронеслись по «Олимпии» как ураганы. Офицеры твердили подчиненным о простой вещи, которую может сделать каждый матрос, чтобы предотвратить будущие заражения. Мыло – теплая вода – потереть – повторить.

Приехав в Мутную Заводь и увидев, что у тех, с кем он здоровался за руку, текут носы, Нисимура сделал первый шаг к гигиене. Мыло было вполне доступно: в разрушенных зданиях часто можно было найти целые залежи, а гостиница могла обеспечить им человека на всю жизнь. Но общество торговли и бартера недолговечно. Нисимура сосредоточил все силы на возрождении производства – давал уроки рыбной ловли, мастерил всякие полезные штуки. Форт-Йорк вряд ли можно было назвать колониальным Уильямсбургом, но в его музее и коллекциях были образцы более древних технологий: инструменты кузнеца, колесника, кирпичника, ткача, сапожника.

Нисимура перешерстил местных жителей, чтобы найти тех, кто лучше всех умеет обращаться с инструментами. Затем он подружился с человеком, в прошлом работавшим учителем химии в средней школе, и вместе они воспроизвели один из его школьных экспериментов – приготовление мыла. Это было сложное дело, нужно было настоять на воде древесную золу и добавить полученный щелок в кипящее свиное сало. Вскоре на входах во все строения форта появились мыло, вода, водогрейка и доброволец, следящий за тем, чтобы грязнули исполнили свой гражданский долг и вымыли чертовы руки.

Естественно, люди стали лениться, но не настолько, чтобы слухи дошли до ушей Нисимуры. Первым человеком, нарушившим это правило – или пока только собирающимся это сделать, – стал он сам, Карл Нисимура. Най-Най, пожилая дальнозоркая женщина из числа часовых, стоящих на страже гигиены форта, поприветствовала людей из наряда – в том порядке, в каком их узнавала:

– О, Личико, успели до захода солнца? Отлично, отлично! Нихао,Грир и Этта. А вот и вы, Карл! Люди уже волнуются: где Нисимура, где же наш Нисимура…

Личико отодвинул Най-Най в сторону:

– Нам не до мыла. Пропустите.

Най-Най нахмурилась.

– Карл?

– Послушайте Личико, – огрызнулся он.