Книга Смерть в летнюю ночь, страница 37 – Кристина Додд

– Да так… для отвода глаз, синьорина. За кувшинчиком вина я получил хорошую взбучку за то, что поставил под угрозу твою репутацию и вашу дурацкую помолвку.

– Вот оно что… – понимающе кивнула я. – И от кого? От моего отца?

– От князя Эскала. Не знаю, что за политические выгоды сулил ему ваш с герцогом брак, но он очень опасался, что я внезапно выкину какой‐нибудь фортель, сорву помолвку и в городе вспыхнут беспорядки.

Так вот в чем дело! Сегодня вечером князь мне даже понравился, но теперь же я испытывала к нему лишь презрение и досаду.

– Ах так? Наш добрый князь ради спокойствия в городе готов пожертвовать моим счастьем?

Поддержание в городе мира и спокойствия… ведь в этом и заключается смысл его служения, и у него были веские причины, чтобы поступать так: он пережил гибель отца, его самого подвергали пыткам, в его памяти еще свежи воспоминания о сражениях на улицах, о безвременной кончине матери, осиротившей и его младшую сестру. И все же для чего приносить в жертву именно меня? Какой бы умудренной опытом я себя ни считала, мне, черт побери, еще нет и двадцати лет, впереди меня ждет целая жизнь, увлекательная и красочная, как дорогой персидский ковер.

– Князь Эскал заверял меня, – весело продолжал между тем Лисандр, – что он не позволит герцогу Стефано тебя обижать. Намекал на то, что все не так, как кажется на первый взгляд.

– Ну-ну… – отозвалась я, поставив локти на перила, что побудило Лисандра опустить взгляд на мою грудь; он не мог оторвать от нее пылающих глаз, словно пытаясь прожечь насквозь тонкую материю и увидеть то, что под ней скрывалось.

Я прикинулась, будто ничего не замечаю, – сейчас мне хотелось понять ход мыслей князя.

– А что ему оставалось делать? – продолжила я. – Расторгнуть помолвку не так‐то просто, это тебе не ниточку порвать.

– Вот именно! Тут нужна дипломатия. Он благородный синьор и герцога Стефано всей душой презирал, но, как правитель Вероны, больше всего он печется о благополучии подданных, – сказал Лисандр и многозначительно кивнул в мою сторону. – Всех его подданных, Рози.

– Даже таких ничтожных, как я?

Он усмехнулся в ответ.

– Да, даже таких удивительных, как ты, с твоей тонкой талией и изысканной натурой. Когда он твердо поклялся мне, что непременно вступится за тебя, я дал ему слово, что буду избегать твоего соблазнительного общества, пока ты не освободишься от этой гнусной сделки.

– Ну вот, я теперь свободна! – воскликнула я. Голова моя кружилась от радости.

Но что‐то в его словах меня насторожило. Я еще ближе наклонилась к суку, который он оседлал.

– Послушай, Лисандр, а это не ты ли, часом, убил герцога Стефано?

– Нет, прекрасная синьорина, я этого не делал. А не ты ли?

– Я, конечно, польщена тем, что все настолько верят в мои силы, но, увы, это не так.

– Если мы с тобой оба невиновны, давай поразмыслим, кто мог это сделать. Ведь хотя князь Эскал и заставил наших мужчин признать тебя невиновной, дамы не столь легко поддаются его влиянию. Они обладают адским упрямством – нам, мужчинам, с ними не сравниться. Однако знай, что лично я скорее сам признаюсь в убийстве, чем допущу, чтобы имя твое покрыли позором, а тебя… отправили в изгнание.

Лисандр представал предо мной то беспечным мальчиком из волшебных снов, то взрослым мужчиной – особенно сейчас, когда предложил пожертвовать собой ради меня.