Книга Физрук: на своей волне 2, страница 94 – Валерий Гуров

— Если ты боишься потерять пост, чтобы угодить кому-то сверху, ты уже проиграл. Если же ты думаешь, что можно быть честным и по бумагам, и по делу, то докажи это. Это минимум, который ты можешь сделать как человек и как директор.

В кабинете повисла очередная пауза, в которой слышалось только тиканье часов. Видно было, как мои слова попали в самую больную точку.

— Вы… ты говоришь прямо, — прошептал Леня. — Я… прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду…

— Если сейчас ты отвернёшься от ребят, они не получат опору и пойдут по наклонной.

Леня на этот раз не отвёл глаз. В них было что-то от усталого человека, который всё ещё пытается сохранить лицо и не хочет предать совесть.

— Володя, я не могу публично выступить против проверок. Я не могу остановить инвестора. Но я не подпишу распоряжение о твоём увольнении без служебной проверки. И я проведу педсовет для выяснения всех фактов. Ты подготовишь свои аргументы, документы, свидетелей — я дам тебе слово на заседании. Понимаешь?

Я понимал, что директор пытается выкрутиться и переложить ответственность, а заодно закруглить разговор. Я выдержал его взгляд.

— Подготовлю-то я подготовлю, — ответиля. — Если понадобится. Вот только разговор сейчас не об этом.

Леня кивнул медленно, взвешенно.

— Володя… — он на секунду замялся, словно подбирал слова. — Спасибо, что не дал мне закрыться бумагами. Мне это нужно было услышать. Ты прав, нельзя сдаваться.

Такой настрой директора мне уже нравился куда больше.

— Знаешь, — продолжил Леня. — Сначала я подумал, что тот наш первый разговор был… ну, ради красного словца. Что ты не собираешься ничего делать, а просто взял себе дополнительную ставку. Хотел подзаработать, пока всё окончательно не рухнуло. Ну а что, ещё неделю назад никто из этих ребят вообще не появлялся на уроках. Я думал, что школа им до лампочки. Что и ты… ну, просто очередной герой на один день. Но… они начали ходить. Каждый день.

Я внимательно слушал это «откровение».

— Не знаю, как тебе это удалось. Что ты сделал, что сказал… но это факт. Они ходят. И субботник… — Леня качнул головой. — Меньше всего я ожидал, что на субботник придёт именно 11 «Д». Если бы мне кто сказал, я бы не поверил.

Он на секунду задумался, опёрся локтями о стол, сцепив пальцы.

— Так что теперь я вижу, что ты настроен решительно. Ты ведь правда готов идти до конца, да?

Я чуть кивнул.

— А я не умею иначе, — ответил я.

Леня снова молчал, долго. Видно было, что в голове у него уже крутятся мысли о том, что делать дальше. Планировать, думать, выстраивать шаги.

Я видел по глазам, что директору было тяжело. Вся его внутренняя борьба сейчас читалась как на ладони. Он не был плохим человеком, просто за годы работы научился выживать в системе, где выживают только те, кто не высовывается.

Должность директора — это ведь не просто кресло. Это тёплое место, пригретое, аккуратно выстланное отчётами, бумажками, согласованиями и проверками. Тихая гавань для тех, кто хочет прожить жизнь без потрясений. Многие мечтают попасть на это место — и не потому, что хотят изменить школу, а потому, что хотят стабильности.

Я понимал, что если Леня останется в рамках правил, всё у него будет идеально. Никаких проблем… максимум — переведут в другое учебное заведение, повыше, когда эта школа закроется. Может, даже место в управлении или министерстве.