Книга Штормовой десант, страница 95 – Александр Тамоников

— Боря, это такой же след? — спросил он, указывая на отпечаток ботинка на влажной от дождя земле.

— Его, точно, — кивнул Коган. — И каблук так же стоптан.

— А это след от машины, — сказал Сосновский, стоявший метрах в пяти дальше, и знаком подозвал товарищей. — На опушке его ждала машина. Смотрите, ее было не видно со стороны замка.

Подошедшим солдатам Буторин велел аккуратно обойти вокруг местность и поискать следы присутствия людей. Но Сосновский, который чуть ли не на четвереньках облазил все вокруг места, где стояламашина, сделал еще два открытия. Он поднял с земли щепотку чего-то и, достав носовой платок, переложил находку на него.

— Это трубочный табак, — пояснил Сосновский. — Причем табак кустарного производства. Очень грубый измельчитель. Фабричный более мелкий. А этот человек тут нервничал, боялся чего-то, вот и рассыпал табак, когда набивал трубку.

— Или у него руки дрожат по какой-то причине, — подсказал Буторин. — А почему ты думаешь, что он трубку курил?

— А он ее вот здесь выбивал о ствол дерева, когда докурил. Видите, комок сгоревшего табака. Как раз по форме трубки. А вот и еще след. Смотрите, это след заднего колеса машины, она ехала, и заднее колесо перекрывало рисунок переднего. У него порез на покрышке характерный. Видите? Или порез, или на что-то колесо наехало, и остался след.

Вдоль берега бежала еще одна группа солдат вместе с Садовниковым. Подбежав, майор сразу стал говорить, что никаких следов на берегу нет и восточнее выхода из подземного хода тоже. Оперативники показали майору следы и свои находки. И тут сержант Омельченко поднял руку, как ученик на школьном уроке.

— Разрешите, товарищ майор?

— Что у тебя? — насторожился Садовников.

— Хотел сказать, товарищ майор. Я, когда поверху ходил в замке, посты проверял, то обратил внимание на деревню тут неподалеку. Небольшая, домов тридцать. В основном скот держат, телеги у них, повозки. А машину я видел только одну. Такая неказистая, вроде и с кузовом, но кузов короткий, а кабина горбом. Некрасивая какая-то. Может, эта машина и была тут. Резину можно проверить, сравнить.

— Проверить надо бы, — согласился Садовников, — да только тяжело с местным населением общаться. Не любят нас тут, хоть мы их и от фашистов освободили, но смотрят волками. Есть, конечно, кто руку жмет, улыбается, но настороженно смотрят и эти. Боятся, что не уйдем, так наши войска здесь и останутся. Дурачье!

— Почему же дурачье? — пожал Сосновский плечами. — Они же тут иного отношения к себе и не видели. Если приходили чужие войска, то всегда оставались — оккупация. От чистого сердца и по велению души их никогда не освобождали от врагов. Не видели они такого к себе отношения.

— Майор, — Буторин повернулся к Садовникову. — Перекрой незаметно дорогу на запад и на восток из этой деревни. И несколько бойцов отправьспрятаться в сторону реки. Мы пойдем в деревню втроем. Чем черт не шутит, Михаил выдаст нас за немцев, с его-то произношением. Может, местные и купятся на это. По обстановке поймем.

— Не исключено, что Сурков еще в деревне, если его подобрала машина, — предположил Сосновский. — Не так просто человека отсюда из наших тылов перебросить на запад к немцам. Если только берегом, то надо ждать, когда катер или подлодка подойдет к берегу в условном месте. На берегу ждать нельзя, там спрятаться негде.