Книга Штормовой десант, страница 92 – Александр Тамоников

Вчера весь вечер Морозов точил складной ножик, доводя остроту лезвия до состояния бритвы. А сегодня он отправился в эту комнату, потому что видел там липовое полешко, из которого можно было вырезать ложку. Деревенскому парню не впервой было заниматься резьбой по дереву. Солдат вошел, оставив дверь открытой, и повел лучом фонарика по свалке древесины. И тут куча сломанных стульев чуть шевельнулась. Морозов замер на месте, думая, что это ему мерещится. Но три сломанных венских стула на тонких ножках снова шевельнулись и каменная плита пола под ними приподнялась. Теперь было уже не до мистики и не до шуток. При себе у Морозова из оружия был только армейский нож в ножнах на поясе. И он присел, вытягивая свое оружие и берясь поудобнее за его рукоятку.

— Держи ее, Боря, — послышался голос из-под плиты. — Держи, а я сейчас вылезу и чем-нибудь подопру.

И когда Буторин выбрался на пол, отпихнув от себя разъезжающиеся стулья, его глаза встретились с глазами солдата. Морозов не сразу узнал в этом человеке испачканного копотью, глиной, землей и еще черт знает чем, с паутиной на лице и волосах, Буторина. Наконец он решился спросить:

— Это вы, товарищ майор?

— Я! — Буторин с шумом выдохнул и кивнул. — Тут целых два товарища майора, и позови скорее Садовникова и найди, чем подпереть эту плиту. Тяжелая, как сама смерть!

Майор с несколькими автоматчиками прибежал очень быстро. Он с недоумением осмотрел комнату и озадаченно сдвинул фуражку на затылок. Офицерам принесли теплые ватные куртки, и теперь оба стояли, кутаясь в теплую одежду, и старались не стучать зубами. Буторин, выйдя из комнаты, показывалСадовникову разницу в толщине стен, которая раньше никому не бросилась в глаза.

— Видишь? Вот здесь в стене и проходит лаз, отсюда и начинается подземный ход. Попробуй догадайся, что стена толще. Вот отсюда он и ушел. Спокойно и незаметно!

— Но тут же хлама до черта, как же он… — Садовников покачал головой, хотя сам уже понял, что это не помеха.

— А что хлам? — не согласился Коган. — До конца люк за собой не закрыл, рукой три стула набросал сверху, а потом опустил крышку. И вот люк завален. А как выбраться, вон Морозов видел. Видел, солдат?

— Видел, товарищ майор, — в знак согласия кивнул Морозов. — Чего в этих стульях весу-то! Вот и сломанные тут валяются, видимость одна только, а не мебель!

Через несколько минут прибежал Сосновский, за которым отправили посыльного. Буторин сидел за столом и старательно рисовал на большом клочке оберточной бумаги схему замка. Рядом стояла тарелка с горячим борщом, но Буторин был слишком увлечен своим делом, чтобы бросить занятие и начать есть.

— Смотрите, ребята. — Буторин закончил рисовать. — Вот отсюда мы с Борисом вышли, где этот с древними манускриптами и трупом. Примерно вот в этом направлении тянулся первый ход. Он практически не изгибался, а если и изгибался, то очень плавно. Я думаю, что мы прошли вот сюда, та дверь, которую мы открывали, она еще под замком. А ход, по которому мы вернулись, очень короткий. Сейчас мы вот здесь, вот комната, вот спуск в тоннель. Значит, второй ход мимо той двери ведет вот в этом направлении. Что там дальше, Кирилл?

— Если в этом направлении, то обрывистый высокий берег реки, правее вот сюда к реке выходит балка и небольшой пойменный лес. Западнее буковая роща, дальше обширные леса. По местным меркам, конечно, обширные.