Книга Штормовой десант, страница 8 – Александр Тамоников

Но это была лишь передышка.

Новый удар ветра, и планер закрутило. Лейтенант почувствовал, как кровь ударила в виски. Врешь! Не сдадимся… Просвет мелькнул и сразу исчез. И вдруг сразу большой разрыв в тучах. На мгновение дождь стал реже, и внизу, сквозь серую пелену, мелькнуло что-то ровное. Поле! Не аэродром, не дорога — просто лоскут земли между лесом и холмами. Короткий. Узкий. Единственный шанс сесть.

— Цепляйтесь за что-нибудь! Будет жестко! — крикнул Волков и буквально слился с планером, стал его частью.

Планер камнем пошел вниз. Волков гасил скорость, выравнивая машину в последний момент. Прошло несколько секунд, и ничего не менялось. Только удержать, еще немного… И тут удар снизу, да так, что людям показалось, что у них треснули позвоночники.

Шасси врезались в мокрую землю, планер подпрыгнул, грозя перевернуться. Волков дал руль вправо — машина развернулась, скользя по грязи. Тормоз! Фюзеляж трещал, но держался. Еще рывок — и тишина. Планер медленно покатился по траве и наконец остановился. Только дождь. Только прерывистое дыхание.

— Все целы? — Шелестов повернулся к своим оперативникам.

— Пока живы, — отозвался Коган, крутя шеей и как будто проверяя, на месте ли голова.

— Нет, с такой ездой таксистом тебе не быть, лейтенант, — кашляя и держась за грудь, вставил Буторин.

Волков разжал пальцы на штурвале. Они онемели от напряжения. Он посмотрел на свои ладони, ожидая, что кожаные перчатки на них порваны в клочья. Перчатки были целы, а руки чуть подрагивали после дикого напряжения. Оперативники уже выбрасывали наружу свои вещмешки и сами вылезли наружу. Ну, вот Германия. Скоро рассвет, а следом за ним что? Тишина леса или лай собак и крикинемецких автоматчиков, прочесывающих местность? Где-то рядом, а может быть, и очень далеко в стороне шоссе, а на нем колонна автомашин. И в одной из них чемоданы с чертежами. Тихо. А где-то — война, которая не ждет.

Отстегнув от креплений на внутренней стороне бортов топоры, оперативники побежали к лесу рубить молодые деревца, чтобы замаскировать планер. Чем дольше его немцы не заметят, тем больше шансов у группы убраться из места посадки и добраться до своей цели. Через пятнадцать минут группа растворилась в лесу. Лейтенант Волков шел замыкающим, одетый в такую же форму немецких десантников, как и все, с таким же вещмешком за плечами. Он еще раз взглянул на небо. Они прошли через ад.

Шелестов, успев бросить взгляд на карту, принял решение. Сейчас точно определить место посадки группы невозможно. Нужны ориентиры на местности, нужна привязка, тогда и предстоит строить маршрут. А пока подальше от планера. Ясно, что десантники Туманова тоже сели неизвестно где. Этот вариант развития событий был предусмотрен заранее. Если экипажи обоих планеров потеряют друг друга, то после посадки действуют самостоятельно. Выходят к точке атаки на колонну и действуют дальше тоже самостоятельно. «Где же ты, майор? — мысленно задал вопрос Шелестов. — Трудновато нам будет вчетвером провернуть это дело».

Лес шептал. Мокрые ветви, отяжелевшие от недавнего дождя, цеплялись за немецкие непромокаемые десантные куртки, в которые были одеты оперативники, словно пытались удержать чужаков, пробирающихся сквозь лес. Воздух был пропитан запахом прелой листвы и далекой гарью — где-то горели города, и дым войны висел над Германией, как похоронный саван. «А ведь леса здесь не те, — думал Коган, идя последним и пропустив вперед лейтенанта Волкова. — То ли дело у нас под Костромой! Недаром и в сказках писали, что «встал лес стеной». Именно стеной, высоченные деревья! У нас что в тайге, что под Москвой или Новгородом чаща непролазная. А здесь чистая условность — леса. Считай, что на машине легко можно проехать, если быть внимательным. Нет того буйства природы, что на родине».