Книга Кондитерша с морковкиных выселок. Книга 1, страница 75 – Ната Лакомка

– Куда ты теперь? – заволновалась Ветрувия.

– К синьору адвокату Марино Марини, – ответила я, доставая из корзины ещё два горшка с вареньем. – Я ненадолго.

Подойдя к серому зданию, я направилась прямиком внутрь, по той же лестнице, по которой поднимался Марино Марини. Разумеется, на входе меня сразу остановил привратник – седой важный дедок.

– Куда это вы собрались, синьорина? – спросил он.

Спросил без особой учтивости, но я посчитала, что его почтенный возраст даёт ему такое право.

– Не синьорина, а синьора, уважаемый синьор, – сказала я сладко. – Меня зовут синьора Фиоре, и я иду к Марино Марини. Он мой адвокат, и у меня назначена с ним встреча. Разрешите пройти?

Привратник слегка растерялся, но кивнул и посторонился, пропуская меня.

– Третья дверь налево на втором этаже, – запоздало крикнул он мне вслед.

– Благодарю, уважаемый синьор, – ответила я ещё слаще, да ещё и улыбнулась.

– Что делается… – пробормотал он и смотрел мне вслед, пока я поднималась по лестнице на второй этаж.

Очень довольная собой, я нашла нужную дверь, на которой красовалась скромная резная надпись на дощечке – «Марини». Рядом с фамилией было вырезано что-то вроде крошечного щита, поперёк которого стоял меч. Наверное, знак карающего правосудия. Хотя, для чего адвокату кого-то карать? Он же не судебный пристав, в конце концов.

Руки у меня были заняты, поэтому я постучала в дверь носком кроссовка. Почти сразу мне открыли, но вместо красавчика адвоката я увидела тощего прыщавого юнца.

– Что вам угодно? – высокомерно спросил он, не пропуская меня дальше порога.

– Мне угоден синьор Марини, – ответила я так же сладко, как говорила с привратником. – Моё имя – Аполлинария Фиоре, и с синьором Марини у нас назначена встреча.

Про встречу я придумала, конечно, но посчитала, что Мариночка за обман не обидится. Уж я-то приложу к этому все усилия.

Глаза юнца вспыхнули, и он уставился на меня почти с восторгом. Мысленно я похвалила себя за обаяние и обходительность. Всё-таки, женская улыбка – она города берёт. Пусть мужчины и врут про смелость.

– Синьор Марини! – позвал юнец, не отрывая от меня взгляда. – Тут пришла вдова Фиоре! Та самая, которая побила синьора Занху, и которая ведьма!

Улыбаться я сразу перестала.

– Следите за словами, молодой человек. Никого я не избивала, – холодно сказала я, но из комнаты уже раздался голос Марино Марини, и юнецпоторопился меня пропустить.

Я оказалась в самом настоящем рабочем кабинете – стены оклеены светлой тканью, окно полуприкрыто толстой шторой, чтобы солнце не палило слишком сильно, возле окна стоит массивный стол из тёмного дерева, а за столом, на таком же массивном стуле, как на троне, восседает его адвокатское величество – во всём великолепии своей итальянской красоты. Ещё и с гвоздичкой у сердца, приколотой серебряной булавкой.

На столе лежали какие-то бумаги, а сам Марино Марини держал в руке птичье перо, которым, по-видимому, делал какие-то заметки. В окно задувал приятный сквознячок, играл краем листа, придавленного каменной фигуркой в виде льва, и шевелил кудри красавчика адвоката.

Расслабляющая, признаюсь вам, картина. Учитывая, что на столе стояла ещё и белая фарфоровая чашечка, над которой завивались струйки пара.

Но расслабляться было некогда. Тем более, я уже второй раз за день получила обвинения в избиении, которых не совершала.