Книга Маленькая хозяйка большой фабрики, страница 77 – Ника Смелая

– Я же предупреждала, что нужно было сначала им заняться. Они что? Слепые? И так же ясно, что ему хуже. Почему лекаря сначала ко мне отправили? – негодовала я, ёрзая на постели, в которую меня заботливо уложили, обработав ссадины и наложив повязки. – У меня просто сильный ушиб, а этот «ёжик» того и гляди Богу душу отдаст!

– Мне нравится твоё рвение. Уже больше похоже на то, что нужно, – улыбнулся Ап, присаживаясь на стул возле моей постели.

Нас оставили наедине, поэтому говорить можно было свободно, не боясь выдать какую-нибудь тайну неосведомлённым местным.

– Прекращай нести ерунду. Он там живой? – закусив губу, поинтересовалась я, понимая, что мне важно это знать. Не зря же я, в самом деле, тащила Петра на себе до изнеможения.

– Да. Всё в порядке. Полежит недельку-другую, восстановит здоровье и снова за дела примется. Как раз к тому времени сбор урожая яблок начнётся. Из местной косорыловки пастилу будете делать, не из привозной. Если б поехал Иван за ней на подводе, ничего бы не случилось, – вздохнул Купидон.

– Точно. Что с ним? Правда, что убился? – я даже вскочила с подушек, которых мне под спину напихали целую стопку.

– Нет. Тоже живой. Рано ему ещё умирать. Да и не должен он был никуда ехать. Сдаётся мне, что это алчный гад постарался и создал мне проблем, – парень потёр переносицу, досадуя.

– Кто?

– Да кто-кто? Куприянов, конечно. Он ведь такой же, как я…Ой! – проговорился, наконец, Ап.

– Ну, ну. Говори. А я послушаю. Давно надо было из тебя правду-матку вытрясти, да ты всё уклонялся от ответов. Теперьтебе деваться некуда. Я своими глазами видела, какой он бесстрашный и, кхм, целеустремлённый. Если скажешь, что гроза – это тоже его рук дело, ни капельки не удивлюсь, – я решительно настроилась выбить из Апа подробности.

Купидон встал со стула, подошёл к двери и прислушался, нет ли кого снаружи. Открыл её для пущей уверенности, а затем закрыл и запер на ключ.

– Приношу свои извинения, – сказал он, когда снова уселся на стул рядом со мной. – Это моя вина. Не уследил. Представить не мог, что он на такое пойдёт.

– Не прощу, пока всё не расскажешь. Хватит уже юлить. Говори, – настаивала я, хотя саму уже едва ли не трясло от нетерпения.

Если бы не ушибы и слабость после пережитого, встала бы на ноги, схватила за ворот и тряхнула, как следует, чтобы понял всю серьёзность моего намерения узнать, наконец, всю правду.

– В этом мире всё точно так же, как в твоём и множестве других, – начал Купидон. – Люди встречаются, влюбляются, женятся. Это моё поприще, я вроде как за это отвечаю. Если всё идёт по плану, без сбоев, то мне требуется только посетить мир в нужный момент времени, проконтролировать ключевые моменты и покинуть его, переместившись в следующий. Я исчезну, а история пойдёт своим чередом.

– Это я уже поняла. Короче, Склифосовский! – переживая, что нас могут прервать на самом интересном, поторапливала я парня. – Кто такой Иван? Он тоже за что-то тут отвечает, как и ты?

– Нет. Он… – Ап замолчал, не решаясь продолжить.

– Кто? Зевс Громовержец? Аид? Кто там ещё остался из мифологии подходящий из пугающих, шикарных и никого не боящихся?

– У него нет имени. Он – воплощение алчности, которое существует во всех мирах вне зависимости от их истории и круга развития, который они проживают, – признался, наконец, Миляев-младший.