Книга Маленькая хозяйка большой фабрики, страница 38 – Ника Смелая

Если уж она и впрямь страдает провалами в памяти и немного «блаженная», то счастье до гробовой доски ей будет обеспечено. Наденет свои розовые очки и станет, как её сестрица, порхать по приёмам и примерять платьица, пока Пётр на стороне со своей пассией будет гулять. И ей хорошо, и ему раздолье.

– Ой, Феличка, голубушка! Как похорошела-то!

– Как раздобрела! А платье новое? Из того каталога, да?

– А перчаточки-то какие!

Мне повезло, так как сестру окружили остальные успевшие прибыть дамы, а я потихонечку «слиняла под шумок». Забежала в зал с целью найти Апа и спросить его о самочувствии. Переборщить тоже не хотелось бы. Одно дело показать Чуприкову, что на его невесту имеется спрос, и совсем другое – всё испортить. Ведь я не знала, насколько далеко мне можно зайти, чтобы Купидону не поплохело так, что не исправишь.

– Любовь Егоровна, – обратился ко мне официальный пока жених настоящей владелицы тела, в котором я находилась.

В помещении уже зажгли свечи и завесили окна плотными бархатными шторами. Атмосфера располагала к танцам, разве что музыка не играла, потому что скрипач никак не мог настроить свой инструмент и только противно пиликал в углу, действуя и мне и всем окружающим на нервы.

– Что же вы даже не поздоровались? – совершенно обоснованно упрекнул меня Пётр, внимательно наблюдая за моей реакцией. – Сказали, что ждёте на вечере, а привечаете других гостей.

Хорош, чертяка! Даже побрился по случаю приёма у будущеготестя. От этого стал только симпатичнее. Чтоб его, этого недо-Дарси! Видно, что пришёл не просто отдать подарок и уйти.

Что он там спросил? Задело, стало быть, что я его не заметила? Заинтересовался. Нельзя было дать слабину и показать, что паникую. Но я у меня ничего не выходило. Сосредоточиться никак не могла. То и дело казалось, что я всё испортила и, если не поспешу, станет поздно.

– Добрый вечер, Пётр Карпович, – бросила небрежно, заметив, что отец Любашиного жениха тоже пришёл на вечер и мирно беседовал с кем-то в нескольких шагах от нас.

– Прекрасно выглядите, – скользнув взглядом по моему платью сверху вниз, начал с комплимента Чуприков. – Впору вспомнить ваши сравнения тканей и плотной бумаги для коробок.

Меня же настолько беспокоило состояние Апа, что я слушала Петра вполуха. Оглядывалась, ища Купидона, но никак не могла его найти. У стены, где я видела его прежде, теперь никого не было. Стало страшно.

– У вас тоже упаковочка что надо. Прям настоящий Дарси, – сказала, не отдавая себе отчёт в том, что именно говорю. – Ой, извините. Пиджачок отлично сидит. Вам к лицу.

– Это фрак, – сумничал мистер сноб. Так и знала, что его вежливость и учтивое поведение – напускное. Как был колючкой, так и остался.

Но отвечать на замечание я не стала. Меня начало потряхивать. На нервах я даже зачем-то смахнула несуществующую пыль с плеча Петра, а он, кажется, заметил, что у меня трясутся руки.

– Скажите, вы видели моего младшего брата?

– Совсем недавно, но… – задумался мужчина. – Что с вами? – сделал шаг вперёд и подал мне руку, за которую я тут же схватилась, как утопающий за соломинку. – Теперь его в зале нет. Хотя, – Пётр вгляделся в пустоту у той самой стены.

И меня осенило. Если Купидон как-то связан с парой Чуприкова и Любы, то именно Пётр мог мне помочь. Я вцепилась в мужчину обеими руками и сжала что было сил.