Книга Маленькая хозяйка большой фабрики, страница 40 – Ника Смелая

Нужно отдать должное, Пётр прекрасно танцевал, словно только этим всю жизнь и занимался. Вот только прижимал меня к себе при этом чересчур крепко, будто думал, что я оттолкну его и куда-нибудь сбегу в самый разгар действа. Пару раз даже поймала себя на мысли, что со стороны это смотрелось излишне горячо, создавая впечатление, что пара влюблённых,которым не удаётся встречаться в повседневной жизни, наконец-то дорвалась друг до друга и плевать хотела на общественное мнение.

К скрипке присоединились и другие инструменты, а к нам – ещё несколько пар. Я же никак не могла сосредоточиться на самом танце, всё выискивала взглядом Апа. А когда нашла, у меня словно гора с плеч свалилась: парень самостоятельно поднялся на ноги и улыбался, глядя на то, как мы с Петром вальсируем.

Купидон оказался не единственным, не сводящим с нас глаз. У распахнутых дверей в сопровождении Егора Ивановича стоял Иван Куприянов. И если первый умилялся, глядя на свою дочурку, то второй готов был рвать и метать. Из его красивых синих глаз разве что молнии не летели.

– Какая же чудесная пара! – как только музыка стихла, к нам подошёл Карп Фомич и одобрительно похлопал сына по плечу. – Так и знал, что невеста тебе досталась завидная.

– Доброго вечера, – потупила я взгляд, избегая смотреть в лицо такому знакомому мне Чуприкову-старшему.

– Да, доченька у меня красавица! Вот только уж больно долго в невестах ходит, – тут же подсуетился вставить шпильку Любин отец.

Хотя мы и закончили танцевать, Пётр не только не выпустил меня из поля зрения, но его рука до сих пор прижимала меня за талию так, что мне даже дышать было некомфортно.

– Действительно, Карп Фомич, не дело это, – в беседу вступил Куприянов, который тоже как-то незаметно оказался в непосредственной близости. – Такая красавица в невестах ходит уже который месяц. Вся Коломна судачит о том, что обещание своё ваш сын не выполняет, замуж её брать не торопится. В свет на приёмы без неё заявляется. Не делает это чести ни ему, ни его названной невесте.

Музыканты не спешили начинать новую композицию. Внимание всех присутствующих было обращено на нас и окруживших нас господ. Девушки из сада тоже дружной стайкой подтянулись в зал. Конечно, кто захочет пропустить повод для сплетен. А он явно наклёвывался.

– Дело говорите, Иван Фёдорович, – совсем уж неожиданно поддакнул Егор Иванович. – Дочка моя и умна и красива. А так выходит, что в невестах засиделась. Да ведь только сосватанную её больше никто замуж-то не возьмёт, коли сам жених её в свой дом брать не спешит.

– Верно, и сам не ам, и другим не дам, – высказалась какая-то из присутствующих на вечере дам.

– Отчегоже! – в грозовых глазах Куприянова блеснуло нечто недоброе. – Я бы не отказался такую завидную красавицу в жены заполучить. Коли отдадите, завтра же свадебку сыграем, – вроде и в шутку, а вроде и всерьёз сказал торговец.

Я же почувствовала, как напряглась рука Петра, до этого спокойно, но уверенно лежавшая на моей талии, а пальцы больно впились в бок.

И если Миляев сам не понимал, что Иван действительно удумал отбить невесту у Чуприкова, и наивно полагал, будто Куприянов решил помочь ускорить венчание его дочурки, то Любин жених всё расценил верно. На глазах у почти всего честного общества Коломны его избавляли от опостылевшей ноши, которую он и сам рад бы скинуть с плеч, да никак. А тут такой удобный случай подвернулся.