Книга В Питере - жить? Развод в 50, страница 43 – Евгения Серпента

— Вот как…

Возможно, он ждал какого-то другого ответа. Но этот вариант был максимально приближен к правде. Почему приближен? Потому что стопроцентной правдой, будучи неполным, все же не являлся. Однако сформулировать более четко я не могла. Ощущения эти выходили за рамки вербальности.

— Саша, а если бы я тебя не увидел? Или не узнал? Или узнал, но не подошел? Ты сама подошла бы?

— Если бы была уверена, что не увидел, может, и подошла бы. Но, если честно, надеялась, что не узнаешь или сделаешь вид, что не узнал. Это было бы обидно, но тоже точка. Только менее болезненная, чем разговор.

— Значит, разговор сейчас — это болезненно?

— Да, — я посмотрела ему в глазах. — Но это как скальпель. Чтобы вырезать все ненужное.

— Обидно было как раз вот это, Саша. Про ненужное. Я не считаю то, что было между нами, ненужным. И вообще не считаю, что в жизни есть ненужное. Все, даже самое плохое, для чего-то, но нужно. А то, что я любил тебя, плохим точно не было.

— Наверно, не так выразилась. — Внутри мелко, противно дрожало.Я вдруг почувствовала страшную усталость. Как ни хорохорься, а пятьдесят — это не двадцать. — Ненужное — это недосказанность. Как заноза.

— Иными словами, ты решила закрыть гештальт?

— Ну… можно и так сказать, — согласилась я.

— И как, закрыла?

Я вслушалась в себя. По идее, раз уже все выяснено, должна была появиться какая-то удовлетворенность. Что-то похожее действительно возникло, но… не совсем то, чего я ожидала.

А чего, собственно, я ждала? Что объясню ему причину разрыва и сразу же воцарится мир и благодать? Конец моим страданиям и разочарованиям, и сразу наступает хорошая погода? Откуда это? Кажется, из мульта про Вини-пуха. Если и правда так думала, то это было крайне наивно.

— Не знаю, — честно ответила я. — Надеюсь, что да, но… не знаю.

— Как бы там ни было, Саша… — Он взял меня за руку и переплел пальцы с моими, как делал когда-то. — Так или иначе, ты была и всегда будешь для меня очень важным человеком. Одним из самых важных. Это часть моей жизни, ее никаким скальпелем не вырежешь. Но теперь я хотя бы знаю, в чем дело. Почему ты ушла. Ведь я винил себя. Думал, что ты не простила мне ту глупость с Вероникой. Когда я целовался с ней. Зачем? Понятия не имею.

— Нет, Андрей. — Я покачала головой. — Я же сказала, это был только повод. Да, было обидно, очень, но, с другой стороны, я даже обрадовалась. Что больше не надо искать, что-то выдумывать. Что можно все закончить и не мучиться угрызениями совести. Вот только я и подумать не могла, что ничего не закончится.

— Не закончится?

Он чуть сдвинул брови и сильнее сжал мои пальцы.

— Не в том смысле, что через тридцать лет можно отжать кнопку паузы и продолжить с того же самого места. — Я не без усилия освободила руку. — Это было бы…

— Странно? Смешно? Глупо? Помнишь? — Андрей запел вполголоса:

— В конце концов, мне дела нету,

Решишь ли ты, что я с приветом иль нет.

Но, может, черт возьми, нам снова?..

Выходишь здесь? Ну, будь здорова…*

— Вот-вот, — кивнула я. — Именно так. Привет. Хотя по смыслу там «пока», конечно. И странно, и смешно, и глупо. И никому не нужно. Я все представляла, что получилось бы, если бы той девушке не надо было выходить и она сказала: а давай попробуем. И парень такой: э-э-э…

— Может, ты и права.