Книга Измена. Отпусти меня, страница 7 – Ева Кострова

Я едва успела захлопнуть за собой дверь, как в коридоре, нарушая звенящую тишину, раздались приближающиеся шаги. Глухие, тяжёлые, они отдавались эхом моих собственных мыслей, словно набатный колокол, возвещающий беду. Прислонившись к холодной, облицованной плиткой стене, я зажмурилась, стараясь хоть как-то усмирить учащённое, сбившееся дыхание, что рвалось из груди.

В воздухе, окутывая пространство, витал едва уловимый запах лаванды. Он, словно невидимый целитель, пробивался сквозь терпкие запахи мыла и едкие ароматы чистящих средств, и именно он, странным образом, притупил острый приступ подступающей тошноты, отступившей под его влиянием.

Сердце стучало где-то в горле, словно пленённая птица, собирающаяся вырваться наружу. Надо было успокоиться, собрать себя по кусочкам, словно разбитую вазу, ради неё — той, что уже живёт во мне, незримо присутствуя, ждёт меня сильной, целостной, способной выстоять. Но разум всё равно ускользал, не подчинялся, мысли путались, как оборванные нити старого клубка, безвозвратно теряя свою стройность.

В два неуверенных шага, словно пьяная, я добралась до раковины, включила ледяную воду и с силой, почти с отчаянием, плеснула себе в лицо. Всё равно уже всё — тушь, тон, губы… как будто это теперь имело хоть какое-то значение, потеряв всякий смысл.

После того, как тебя выставили напоказ, словно куклу на витрине, и каждый бесстыдный взгляд запомнил не твою красоту, а твоё падение, твоё сокрушительное поражение.

Прохладные капли, словно живительный бальзам, отрезвляли. На мгновение показалось, что даже боль внутри стихает, уступая место холодному равнодушию. Я выключила воду, отмотала длинную полоску бумажного полотенца и промокнула лицо, стараясь стереть с него следы пережитого. Из зеркала на меня смотрело что-то уставшее, измученное, чужое, словно отражение незнакомки. Красные глаза, обрамлённые размазанной тушью под ними — будто отпечатки кошмара, который не хочет отпускать, цепко удерживая в своих лапах.

И что же у нас выходит? Мужчина, которого я любила до дрожи в пальцах, до боли в груди, до полного самоотречения, переспал с моей подругой. Не просто по пьяни — нет, это было «так», с таким расчётом, что теперь она носит его ребёнка. И это не сон, не дурной фарс, разыгранный судьбой — это моя новая,жестокая реальность, которую мне придётся принять.

Я вцепилась пальцами в холодный край раковины, словно пытаясь удержаться на краю бездны, опустив голову и стараясь дышать ровно, глубоко, вбирая в себя остатки воздуха. Но слёзы, предательски навернувшись, уже текли по щекам, обжигая кожу огненными дорожками. Я не могла их остановить, да и какой в этом был смысл?

Малышка внутри, словно чуткий барометр, пошевелилась — неуверенно, осторожно, как будто сама почувствовала беспокойство своей мамочки, разлитое в воздухе. Я приложила ладонь к животу, едва касаясь, как если бы это прикосновение, сотканное из нежности, могло передать ей спокойствие, защиту, безграничную любовь.

— Тише, моё солнышко… — прошептала я сквозь слёзы, голос, срываясь, превращался в нежный стон. — Не бойся, моя хорошая. Мама справится. Мама обязательно справится, несмотря ни на что. Ещё немного... и я возьму себя в руки, вернув себе утраченную целостность. Только не волнуйся. Не надо.