Книга Глухое правосудие. Книга 1. Доказать вину, страница 61 – Анна Орехова

Подставкина сжала пальцами трибуну.

— Ловко, – хмыкнула Семашко.

Художник заинтересованно подался вперед.

— Мне повторить вопрос? – невинным голосом поинтересовался папа.

— Ваша честь! – поднялся из-за стола Якут. – То, как часто потерпевшая бывала в кабинете мужа, не имеет отношения к рассматриваемому делу.

— Ну как же? – театрально развел руками папа. – Убитый написал записку в кабинете, спустя четыре месяца ее нашли в том же кабинете. Если все это время записка оставалась…

— Ваша честь! Я настаиваю, что это не относится к делу. Если уважаемый коллега со мной не согласен, нам следует обсудить это без присяжных. Относимость не входит в их компетенцию.

Папа повернулся к судье.

— Разумеется, я не согласен.

Ханеш посмотрела сначала на него, потом на Якута.

— Защита, обвинение, подойдите.

Оба адвоката и прокурор послушно направились к ее столу.

Происходило именно то, о чем предупреждал папа: никто не позволит обсуждать возможную причастность Подставкиной к смерти мужа. По извращенной судебной логике это не имело отношения к делу. Так или иначе, папа добился своего: присяжные услышали, что записка все это время могла находиться в кабинете. Они знают, что Подставкина работала в той же больнице, а содержание записки отлично демонстрировало мотив – хирург ходил налево. Осталось связать первое, второе и третье и сделать вывод: если Подставкина нашла записку, то у нее имелись причины злиться на мужа.

Еще бы продемонстрировать присяжным, что она сфабриковала алиби. Вот только Ника и сама никак не могла понять, врет ли Подставкина? Она утверждала одно, Сергей – другое. Кому верить?

Судья что-то негромко втолковывала папе и Семашко, невозможно было услышать ни слова. Ника пожалела, что разместила стример так далеко. Ханеш подозвала секретаря, та присоединилась к беседе с листом и ручкой. Видимо, вела протокол. Через несколько минут совещание у судейского стола завершилось и все его участники вернулись на места.

Ханеш обратилась к присяжным:

— Уважаемые члены коллегии, последний вопрос признан судом не относящимся к текущему разбирательству, поэтому потерпевшая не будет на него отвечать. Защита, у вас имеются другие вопросы?

— Имеются, ваша честь. Меня очень заинтересовала детализация вызовов с телефона убитого, которую прокурор приобщил к делу. Я бы хотел, чтобы потерпевшая с ней ознакомилась.

Папа передал распечатку приставу, тот положил ее на трибуну перед Подставкиной.

— Светлана Александровна, вам известно, кому принадлежит номер, выделенный зеленым?

— Известно.

— И кому же?

— Мне.

Подставкина снова вернулась к тактике односложных ответов, но папу это не смутило.

— А второй номер, выделенный желтым, вам знаком?

— Знаком.

— Не подскажите, что это за номер?

— Это наш домашний.

— Спасибо. Чуть ранее вы заявили, что в вечер смерти мужа вернулись домой и обнаружили свекровь без сознания. Кто еще находился в тот момент в квартире?

— Никого. Только я и Валентина Степановна.

— Понятно. Уважаемый прокурор любезно предоставил нам детализацию звонков вашего мужа за целый месяц. Я подсчитал, в январе вы звонили мужу со своего сотового двадцать три раза. Он звонил вам двенадцать раз, тоже на сотовый. Однако в вечер, когда убили вашего мужа, вы позвонили ему с домашнего телефона. Впервые за месяц.