Книга Глухое правосудие. Книга 1. Доказать вину, страница 39 – Анна Орехова

Шевченко закивал.

— Я точно видел тем вечером Серегу. Его сложно с кем-то спутать.

Голиченко улыбнулся, и улыбка эта не предвещала ничего хорошего.

— Следовательно, остается один вариант: подозреваемый оставался в Краснодаре, тогда как его телефон путешествовал в Кабардинку.

Власенко подался вперед, явно намереваясь возразить, но Семен Анатольевич его остановил.

— Не торопись, Сережа. Дай Андрею Алексеевичу закончить.

— Но с другой стороны, – продолжал Голиченко, явно наслаждаясь своей тирадой. – Кто в наше время добровольно расстанется с телефоном? Так уж повелось: где человек, там и телефон. И тогда я подумал: а что, если у подозреваемого было два телефона? Я повторно опросил свидетелей, и эта версия подтвердилась.

Семен Анатольевич глянул на пациента. Тот сжал кулаки – значит, следователь их обставил. Но какого черта Власенко не сказал про второй телефон? О таких вещах нужно предупреждать заранее!

— Я не люблю раскрывать детали расследования, но, думаю, сейчас можно сделать исключение. Вчера на рабочем месте подозреваемого был произведен обыск, и угадайте, что мы нашли?

— Второй телефон! – блеснул интеллектом Шевченко.

— В яблочко! Я даже больше скажу, в вечер убийства Подставкина этот телефон находился в Краснодаре, примерно в районе больницы, где, как нам известно, произошло убийство. Так что, на мой взгляд, все очевидно.

— Да что очевидно? – не выдержал Власенко. – Это рабочий телефон! Понятно, что он хранится в кабинете! А мой личный был при мне в другом городе!

— Сергей… – предостерегающе начал Семен Анатольевич.

— Значит, вы подтверждаете, что у вас есть второй телефон, который обычно хранится в кабинете? – улыбнулся Голиченко.

Семен Анатольевич не успел остановить пациента.

— Естественно! Это же рабочий телефон.

Улыбка Голиченко стала еще шире – эмоции Власенко были ему на руку.

— Ни слова больше! – рявкнул Семен Анатольевич.

Власенко испуганно глянул на него, хлопнул глазами и кивнул. Похоже, сообразил, что сболтнул лишнего.

— Дело в том, – как ни в чем не бывало продолжил Голиченко, – что у оператора другие данные. Пятнадцатого января ваш рабочий телефон путешествовал в Кабардинку, восьмого декабря находился там же. Так что, выходит, иногда он все-таки покидает пределы кабинета.

— А где в это время находился личный телефон моего клиента? – Семен Анатольевич даже не пытался скрыть язвительный тон.

Голиченко побил их, нокаутировал одним профессиональным ударом. Бесполезно предъявлять квитанцию за превышение скорости, следователь заявит, что пациент одолжил машину кому-то другому, а телефон забыл в бардачке. Он найдет объяснение любому факту, не вписывающемуся в его версию, потому что задача следователя не раскрыть дело, а закрыть. Поставить вожделенную галочку. Это знает любой адвокат, а потому, в отличие от теоретиков и профессоров юриспруденции, сравнивая российскую систему правосудия с немецкой, копает глубже – до этапа досудебного расследования.

— Поймите, Семен Анатольевич, не важно, где находился его личный телефон. Важно, что его второй телефон был в Краснодаре, а свидетель заявляет, что видел подозреваемого в больнице. Чтобы предъявить обвинение, этого с головой хватит, и любой судья согласится, что алиби вашего клиента несостоятельно.