Книга Прямой умысел, страница 29 – Александр Токун

Провизор обвел печальным взглядом присутствовавших.

— Можно мне идти? — спросил он без особой надежды на успех.

— Нет уж, голубчик, вы пройдете с нами в отделение, — возразил Поправка. — Вы задержаны по подозрению в убийстве.

— Демьян Демидович! — Линник укоризненно посмотрел на следователя.

— Что? — недовольно отозвался Поправка.

Сыщик знал, что отстоять невиновность Онисима будет сложно, но Кондрат не собирался сдаваться. Он подошел к своему оппоненту.

— Вы что, с ума сошли? — вполголоса проговорил Поправка. — Онисим — наш единственный подозреваемый, а вы хотите его отпустить. Вдруг он сбежит?

— Не сбежит, — спокойно парировал Линник.

— Почему вы так в этом уверены?

— Я ему доверяю. А вам, похоже, не терпится посадить Онисима в тюрьму. У вас на него ничего нет.

— Прокурору будет достаточно моих соображений.

— Допустим, вам даже удастся довести дело до суда, в чем я очень сомневаюсь. Старик Агафон наймет лучшего адвоката, и тот разнесет ваши голословные аргументы в пух и прах. Подумайте, вам это надо?

По-видимому, сыщик нащупал слабое месточестолюбивого следователя. На его обычно самоуверенном квадратном лице отразилось заметное беспокойство. Задумчиво покрутив ус, Поправка неохотно сказал провизору:

— Ладно, можете пока идти.

— Я вам настоятельно советую никуда не уезжать из города, пока ведется следствие. Любая ваша попытка покинуть Пичугу будет расценена как бегство, — строго предупредил Кондрат Онисима. — Это понятно?

— Понятно, — глухо проворчал тот.

— И выбросьте из головы мысли о вашей вине. Федора сама приняла решение добровольно уйти из жизни, и вся ответственность за этот поступок лежит на ней.

— Зачем вы мне это говорите? — удивился провизор.

— Мало ли, — пожал плечами Линник. — Не хватало еще вас из петли доставать.

Онисим мрачно усмехнулся и, не говоря ни слова, вышел за дверь.

— Зря вы его отпустили, Кондрат Титович, — покачал головой следователь. — Во-первых, Онисим поссорился с Федорой, значит, у него был мотив ее убить. Во-вторых, он встречался с Федорой за десять или двадцать минут до ее смерти, последним видел ее живой, так что с этой точки зрения у него была возможность ее убить. В-третьих, Онисим работает провизором, а это значит, что наверняка знал о ядовитых свойствах красавки.

— Я думаю, опытная ягодница Федора легко бы распознала плоды красавки, если бы Онисим задумал ее отравить, — заметил сыщик.

— Он мог накормить ее ягодами насильно.

— Тогда на ее лице и руках остались бы следы борьбы, — возразил Такуш.

— А это, по-вашему, не следы борьбы? — Поправка указал на лежавший на боку стул.

— При отравлении красавкой нарушается ориентация в пространстве, — объяснил врач. — Перед смертью Федора могла передвигаться по комнате, ничего не видя перед собой, и натыкаться на мебель. На мой взгляд, это, несомненно, самоубийство.

— Если Онисим убил Федору, зачем сразу побежал за городовым, вместо того чтобы затаиться у себя дома или в аптеке? — поинтересовался Линник у следователя.

— Иногда я поражаюсь вашей наивности, Кондрат Титович, — снисходительно ответил Поправка. — Онисим именно потому и побежал за городовым, чтобы на него не подумали. Это старый трюк.

— В таком случае, как Онисим выбрался из дома, если дверь и окна были заперты изнутри?

— Дверь Онисим запер сам, а потом вылез через окно и захлопнул его снаружи.