Книга Исчезновение в седых холмах, страница 70 – Полина Сутягина

Когда он, несмотря на все случившееся, уже во второй раз подвозил миссис Кардис до станции, на этот раз собираясь убедиться наверняка, что та сядет в поезд, она неожиданно поведала ему, что всегда знала об этих сокровищах и об истории предков своей матери, когда-то ходивших на кораблях без флага. В отличие от сестры, ее вовсе не смущали подобные детали. Однако шкатулка все равно должна была достаться именно «малахольной Элизабет». Но все-таки по-своему сестру она любила, и, вместо того чтобы последовать примеру, закрепленному поколениями в ее семье, миссис Кардис, каковой она уже к тому времени являлась, прибегла к хитрости.

План сработал идеально, за исключением одной маленькой детали, о которой она узнала, только когда приехала навестить отца через некоторое время после побега сестры. Заглянув в тайник, о котором не знал никто, кроме самих сестер Блэквуд, миссис Кардис обнаружила, что он пуст. Вначале она и сама пришла в ярость и даже не стала навещать Элизабет в городке, куда та переехала с мужем. Но после смерти полковника Кардиса, которая, кстати, случилась всего через несколько лет после свадьбы, молодая вдова все-таки отправилась в Ланибро. И оказалось, что теперь миссис Кардис – тетя! Вскоре ей стало совершенно очевидно, что бесполезно увещевать сестру: у шкатулки появилась новая наследница и вполне полноправная, ведь помимо самого сундука существовали старинные бумаги, разъясняющие права наследования. Миссис Кардис уже почти была готова отступить… Но неожиданно сестра скончалась. И наследницей стала одиннадцатилетняя девочка, с которой вполне можно было поработать, заручиться ее расположением, возможно, даже забрать из отцовского дома… Но и этот план провалился, и снова в тот момент, когда был так близок к исполнению!

– Не собиралась я вас убивать, – заявила наследница пиратской крови, смотря вперед, когда они ехали по проселочной дороге, – так, – она слегка подняла одну бровь, – выстрелить в плечо, чтобы напугать…

В тот момент Джон подумал, что очень хотел бы поверить ее словам. Впрочем, возможно, она и не лукавила и время страшных преступлений ее семьи осталось в прошлых веках. Своей сестре ведь она не стала причинять вред, в конце концов. Быть может, даже к Фанни испытывала какие-то нежные чувства и, согласись девочка в свое время поехать с ней, воспитала бы ее как свою, в лучших традициях аристократического семейства.

Готовя отчет, Джон счел возможным опустить в этой истории момент с покушением. В конце концов, все остались живы, решил он, а писать о своей непрозорливости и оставленном в машине револьвере не хотелось. Однако сыщика не отпускали мысли о потенциальных опасностях, связанных со шкатулкой. В силу своих убеждений и профессии в проклятия Джон не верил и, вместо того чтобы списывать шепот интуиции на предрассудки, отправил телеграмму мистеру Иверсу с просьбой об экспертизе камней. Ученый оперативно откликнулся и прислал университетского коллегу – геолога, сведущего и в химии. Однако тому не удалось обнаружить ни какой-либо проблемы с камнями, кроме подтверждения их высокой ценности, ни следов яда на шкатулке.

И в конечном итоге Джон был вынужден вернуться к своему мимолетному выводу, так и не озвученному в беседе с миссис Крэнфилд. Блэквуды, как многие знатные семьи, кичащиеся древностью рода, все еще активно практиковали браки между близкими кузенами и кузинами ради поддержания так называемой чистоты крови, а также удержания имущества и финансов в руках представителей рода. Такие вещи в одной из научных статей, относительно недавно попавшейся на глаза Джону, именовались близкородственным скрещиванием и, как описывалось там, приводили к болезненности и низкой жизнеспособности потомства.