Книга Исчезновение в седых холмах, страница 120 – Полина Сутягина

Они вышли в освещенное пространство центральной части здания. Погасив лампу, Джонсон поставил ее на круглый столик и вновь повторил приглашение следовать за ним. Теперь Джон еще усерднее запоминал все лестницы и повороты. Они прошли по открытому переходу над холлом и остановились действительно у дальней из дверей, тем оправдывая эпитет, данный этой гостевой комнате. Она была не просторна, но все необходимое присутствовало: кровать под балдахином – видимо, для удержания тепла, решил Джон, – небольшой шкаф, прикроватный столик и уже теплящийся очаг, необильно, правда, растопленный.

– Я принесу вам умыться, сэр. У нас временно не работает котельная.

Джон поблагодарил, мысленно взвыв: «Опять…»

На постели лежала мужская ночная сорочка, явно рассчитанная на более высокого и более плечистого джентльмена.

– Как предусмотрительно… – Джон приподнял ее кончиками пальцев.

Пока сотрудник сыскной конторы осматривался в поисках дров, снова послышались шаги. Это заставило предположить, что кухня должна была располагаться не так далеко. Поблагодарив дворецкого за кувшин с водой и тазик, Джон вновь остался один в прохладной, слабо освещенной комнате. За окном продолжало подвывать, заливая хлесткими ударами влаги стекла. Разоблачаться не хотелось. Джон подсел ближе к камину и с тоской подумал о своем бедном автомобильчике, затем извлек из кармашка блокнот и взялся заносить туда наблюдения от беседы с хозяином аббатства.

В какой-то момент лампочка над его головой, и без того небогато одарявшая комнату светом, издала странное потрескивание, словно в нее влетел мотылек, и плавно погасла. И если бы не слабое дыхание углей в камине, все бы полностью погрузилось во мрак.

– Что еще за фокусы… – озираясь, неспешно выговорил Джон, немного возвращая к жизни окружающее пространство звуком собственного голоса. Но пространство отвечало ему лишь шумом непогоды. Он спрятал блокнот и пошарил по комнате в поисках иного осветительного средства. Его не оказалось.

Обычно на полевые выходы Джон брал фонарь, но сейчас, поскольку это совсем не предполагалось, он не подумал прихватить его из машины. Теперь уж было поздно сожалеть об этом.

Видимым очертанием в свете углей вырисовывался дверной проем. Джон толкнул дверь и выглянул в коридор. Темно. Что же у них такое происходит? Мрак коридора, однако, не казался полностью безжизненным. Откуда-то доносились смутные отзвуки человеческих голосов. Словно слепой, следуя кончиками пальцев по стене, Джон двинулся по наитию вдоль по коридору и затем по узкой лестнице вниз. Вскоре уже не оставалось сомнения, что он вышел на территорию прислуги. Потянуло тонким ароматом корицы и печеных яблок… Джон припомнил тот пирог, что подавали за ужином. Он вышел отменным – видимо, выпечка являлась семейным даром миссис Смит и ее сестры. За неплотно прикрытой дверью играли отблески теплого света кухни и доносились негромкие голоса.

Джон тихонько приоткрыл дверь.

– Святые угодники! – Немолодая, полноватая и крепко сложенная дама, сидевшая спиной к двери, от ее скрипа обернулась и, увидев Джона, чуть не опрокинула на пол стоявшую перед ней на широком деревянном столе чашку.

В том самом мягком свете, производимом печью и толстой свечой в подтеках посреди стола, Джон увидел и собеседника женщины. Мальчик тоже поднялся и представил вошедшего кухарке.