Книга Последний танец, страница 116 – Марк Биллингхэм

В том, что касалось его детективных способностей, Миллер, как правило, не страдал от недостатка уверенности, – но, если его подтолкнуть, он мог в конце концов признать, что не очень хорошо понимает свою аудиторию. Или, вернее, слушателей в этой аудитории. Однако даже такие нечуткие создания, как какой-нибудь пень или тетка-регистраторша в больнице, в конце концов бы догадались, что Сю все еще на него сердится.

Ее челюсть была напряжена, уголок глаза слегка подергивался. Поначалу Миллер, увидев это – они как раз вышли из участка и сели в машину, – подумал, что она ему подмигивает, и рефлекторно подмигнул в ответ. Однако она в ответ свирепо захлопнула дверцу машины, чем быстро избавила его от иллюзий, что это, возможно, флирт (крайне маловероятно), озорство (вообще невозможно) или (совсем идеально) попытка намекнуть: мол, несмотря ни на что, она все еще на его стороне.

Она, правда, сказала: “Мне жаль, что вас отстранили от дела Поупа…” – но в ее голосе не было особого сожаления, и он явственно ощутил повисшее в воздухе, не высказанное вслух “но”.

“…но такова стандартная процедура, так что возьмите себя в руки”.

“…но, вероятно, большего вы не заслуживаете, учитывая, что вы скрываете от следствия вещдоки”.

“…но это не значит, что я на вас уже не злюсь”.

В дороге они оба были, мягко говоря, немногословны. Не считая нескольких приглушенных ругательств – Миллер очень надеялся, что они предназначаются другим водителям, – нескольких тяжелых вздохов и иногда ворчания, Сю не издала ни звука, и только когда они добрались до места назначения, напомнила Миллеру, зачем именно они направляются в магазин телефонов.

– Мы здесь, чтобы просмотреть записи с камер видеонаблюдения. – Она осторожно вырулила на обочину, затем заглушила двигатель и отстегнула ремень. – Потому что это может помочь нам установить личность человека, купившего здесь мобильный телефон, в памяти которого несколько входящих вызовов с телефона Эдриана Катлера и несколько исходящих вызовов на него же, и все эти вызовы были совершены в течение нескольких недель перед убийством.

Миллер пристально посмотрел на нее.

– Думаешь, я это забыл?

– По-моему, это не так уж невозможно.

– Действительно, вполне возможно, – признал Миллер. – Но я ничего не забыл. Или ты думаешь, что я идиот?

– Иногда, – призналась Сю. – Хотя нет… часто.

– Ну, по крайней мере не постоянно. – Он поднял руку, как бы приглашая дать пять. – Сочту это за комплимент.

Сю повернулась и уставилась на него, пытаясь подобрать слова.

– Вы… вы были таким дотого, как погибла ваша жена?

– Уточни, пожалуйста, – попросил Миллер.

– Беспардонным. – Сю прервалась, но только затем, чтобы сделать глубокий вдох. Похоже, нужный список уже давно был у нее наготове. – Высокомерным. Грубым…

– Дай угадаю, дальше будет что-то на “д”?

– Бесчувственным, безалаберным, упрямым, инфантильным… до идиотизма самоуверенным и плюющим на все авторитеты.

Миллер попытался перебить ее, но Сю уже бросила подбирать слова и принялась торопливо подсчитывать на пальцах его оставшиеся пороки.

– Невнимательным, легкомысленным, вредным, беспардонным, непостоянным, ненадежным, капризным…

– Во-первых, ты уже говорила “беспардонный”, а во-вторых, последние три слова, в сущности, означают одно и то же.