Книга Последний танец, страница 101 – Марк Биллингхэм

На несколько секунд воцарилась тишина и на заднем плане послышалось что-то, похожее на шум паба.

– Простите, мистер Миллер… больше я ничего не могу сказать.

– Это был Ральф Мэсси?

– Полагаю, я уже сделал достаточно, – сказал Поуп. – Пожалуй, даже более, чем достаточно.

– И вы понятия не имеете, кто этот человек рядом с ней на фотографии?

На этот раз шум дыхания и паба слышался почти полминуты.

– Послушайте, – наконец сказал Поуп, – я сделал эти снимки примерно за месяц до убийства вашей жены, о’кей? А теперь мне действительно пора идти.

Миллер все-таки поблагодарил Поупа, хотя сам не был до конца уверен за что. Затем напомнил ему о необходимости явиться на самую маленькую из двух станций, чтобы вовремя успеть на поезд до Лондона.

– Об этом не беспокойтесь, мистер Миллер. Чем скорее я отсюда уеду, тем лучше.

– Позвоните мне завтра. – Миллер не сомневался, что Поуп сразу разоткровенничается, как только окажется в более безопасном месте.

– Я очень постараюсь, – сказал Поуп.

Шахматист повесил трубку, и Миллеру ничего не оставалось, кроме как сидеть и изучать снимки, в тщетной надежде обнаружить какую-то важную деталь, которую пропустил ранее. Отопление отключилось, в комнате стало холодно; Миллер схватил с кровати пуховое одеяло и завернулся в него. Заварил чай. После этого наступила тишина, которую нарушали только бормотание радио на заднем плане и скрип колесика – это Фред и Джинджер расправлялись со своим ужином.

Миллер слегка подпрыгнул, когда у него зазвонил мобильный.

– Черт возьми, я думал, ты уже лежишь в постельке и пьешь горячее молочко.

– Нет, – сказала Сю, – не лежу.

– О’кей. – Миллер закинул ноги на диван и откинулся на спинку. – Если ты хотела напомнить мне про завтрашний поход в телефонный магазин, то я специально прикрепил бумажку с напоминанием себе на холодильник. – Он подождал реакции, но ее не последовало. – Подливка, все в норме?

– Я просто хотела поблагодарить вас. За то, что вы сделали сегодня.

– Всего-то пара пироженок, – сказал Миллер. – Да, жутко дорогих, но я чрезвычайно щедрый человек. Считай, что это возмещение издержек.

– Я не про пирожные.

– Ой.

– Спасибо вам за вашу честность. За доверие. То, что вы мне рассказали про тот вечер в танцзале, про вашу жену…

– Да, точно. – Теперь Миллер почувствовал себя немного тревожнее, чем раньше, но в то же время, как ни странно, и спокойнее. – Не за что.

Сю не ответила. Миллер уже готов был спросить, здесь ли она еще, когда она наконец снова заговорила. Даже затараторила.

– Раз или два в неделю я прихорашиваюсь и отправляюсь на вечер хэви-метала в зал над “Королевским гербом”. Знаете такой большой паб на Торнтон-роуд, недалеко от кругового перекрестка. Там очень шумно и всегда толпа народу, и я пью и танцую, пока не нахожу того, кто мне понравится. К этому времени я обычно уже достаточно пьяна, чтобы мне понравился любой, кто выглядит хотя бы не совсем уродом, но в любом случае… В общем, как только я нахожу подходящего, я отвожу его к себе домой. – Она сделала паузу. – Для секса.

Теперь настала очередь Миллера замолчать на некоторое время.

– Вы удивлены, да? – сказала Сю.

– Да не то слово, – сказал Миллер. – Серьезно, хэви-метал?

Мишель глядела на мужчину, который дрых наполовину на ее диване, наполовину на полу. В ее положении было бы вполне естественно задать самой себе вопрос, чем она все это заслужила. Но она не стала утруждаться, потому что ответ был слишком очевиден. Час назад он появился на ее пороге уже навеселе, а теперь он, после того как вытребовал себе еще два бокала вина, уже готов был отбросить коньки. Учитывая обстоятельства, это, наверное, был бы самый лучший вариант, но сейчас Мишель просто хотелось, чтобы он убрался из ее дома.