Онлайн книга «Дело о нескончаемых самоубийствах»
|
– Логика? Или принимаете желаемое за действительное? – Немного того и другого, возможно, – постарался честно ответить Алан. – Помимо денежного вопроса, мне не хочется думать, что Ангус был настолько бессовестной свиньей, что пытался отправить на виселицу невиновного человека. – Ангус, – ответил доктор Фелл, – не был ни бессовестной свиньей, ни честным христианином. Он был реалистом, который не придумал другого способа обеспечить тех, кто был ему дорог. Я его не защищаю. Но можете ли вы откровенно сказать, что не понимаете его? – Не в этом дело. Я не могу понять, зачем он снял с окна затемнение, если уж хотел задохнуться наверняка… Алан умолк, потрясенный выражением крайнего изумления, граничащего с идиотством, на лице доктора Фелла – перемена была внезапной и примечательной. Доктор Фелл уставился на него, глаза его чуть не вылезли из орбит, а трубка едва не выпала изо рта. – О господи! О Бахус! О моя старая шляпа! – выдохнул он. – Затемнение! – Что такое? – Первая ошибка убийцы, – заявил доктор Фелл. – Пойдемте. Он суетливо развернулся и поковылял обратно в хижину. Алан последовал за ним с неохотой. Доктор Фелл начал торопливо обыскивать комнату. Обнаружив на полу возле кровати кусок толя, прибитый к легкой деревянной раме, он издал торжествующий возглас. Они приладили раму к окну: подошла тютелька в тютельку. – Мы сами можем свидетельствовать, – продолжал он с необычайной горячностью, – что, когда мы прибыли сюда, на этом окне не было никакого затемнения. Так? – Верно. – При этом лампа, – он указал на нее, – очевидно, горела долгое время, далеко за полночь. Мы и сейчас чувствуем сильный запах керосина, так? – Да. Доктор Фелл устремил взгляд куда-то в пустоту. – Каждый дюйм этого района всю ночь патрулируется отрядами местной обороны. Керосиновая лампа дает яркий свет. Когда мы приехали, на этом окне не было даже занавески, не говоря уже о затемнении. Как же так получилось, что никто не заметил света? Повисла пауза. – Может быть, они просто не увидели его. – Дружище! Если бы на этих холмах мелькнул хоть один проблеск, то отряды местной обороны были бы подняты на ноги на многие мили вокруг. Нет, нет, нет! Не годится. – Ну, может быть, Форбс, перед тем как повеситься, погасил лампу и снял затемнение. Окно открыто, как мы видим. Хотя я не понимаю, зачем он это сделал. Доктор Фелл снова яростно покачал головой. – Напомню вам еще раз о привычках самоубийц. Самоубийца никогда не станет лишать себя жизни в темноте, если есть возможность сделать это на свету. Я не анализирую психологию: я просто констатирую факт. Кроме того, Форбс не смог бы в темноте все как следует приготовить. Нет, нет, нет! Это фантастика! – Что же вы предполагаете? Доктор Фелл прижал руки ко лбу. Некоторое время он не шевелился и тихонько сопел. – Я предполагаю, – опустив руки, ответил он наконец, – что после того, как Форбс был убит и повешен, убийца собственноручно погасил лампу и вылил оставшийся в ней керосин, чтобы впоследствии создалось впечатление, что она догорела сама. А потом снял затемнение. – Но зачем, черт возьми, это делать? Почему бы не оставить светомаскировку там, где она была, а лампу не бросить догорать? – Очевидно, потому, что ему нужно было воспользоваться окном, чтобы сбежать. Это стало последней каплей. |