Книга Дело о нескончаемых самоубийствах, страница 69 – Джон Диксон Карр

– Ого! – сказал он. – Интересно, читает ли хоть кто-нибудь Генти в наши дни? Знали бы, что теряют, так извлекли бы из небытия. Я с гордостью могу сказать, что до сих пор с удовольствием почитываю его. Кто бы мог предположить, что у Алека Форбса романтический склад души? – Он почесал нос. – И все же…

– Послушайте, – напирал Алан. – Почему вы так уверены, что это не самоубийство?

– У меня есть теория. И мое ослиное упрямство, если вам так больше нравится.

– И по вашей теории по-прежнему выходит, что Ангус совершил самоубийство?

– Да.

– А Форбс был убит?

– Именно так.

Доктор Фелл вернулся в центр комнаты. Он окинул взглядом неубранную походную кровать и чемодан на ней. Заметил под кроватью пару резиновых сапог.

– Приятель, я не верю этой предсмертной записке. Ни на йоту не верю. И у меня есть веские причины на это. Выйдем отсюда. Подышим чистым воздухом.

Алан с радостью согласился. Пес проводил их диким, ошалелым взглядом, потом снова опустил морду на лапы, зарычал и с невыразимым терпением устроился под ногами повешенного.

Вдалеке слышался шум водопада. Алан вдохнул прохладный влажный воздух и почувствовал, как его пробирает дрожь. Доктор Фелл, похожий в своем плаще на огромного головореза, оперся обеими руками на трость.

– Кто бы ни написал эту записку, – продолжал он, – будь то Алек Форбс или кто другой, он знал о трюке, который привел к смерти Ангуса Кэмпбелла. Это первый факт, на который следует обратить внимание. Ну! Вы уже догадались, что это был за трюк?

– Нет, не догадался.

– Даже после того, как увидели предполагаемую предсмертную записку? О боже! Подумайте!

– Вы можете сколько угодно просить меня подумать. Может, я туповат; если хотите знать, я все еще не понимаю, что заставляет людей вскакивать с постели посреди ночи и прыгать из окон навстречу неминуемой смерти.

– Что ж, – продолжил доктор Фелл, – начнем с того, что в дневнике Ангуса описана вся его деятельность за последний год – как это и бывает с дневниками. Так чем же, во имя Сатаны, был занят Ангус в течение последнего года?

– Ввязывался в различные рискованные предприятия, пытаясь заработать денег.

– Верно. Но насколько помню, только в одно предприятие был вовлечен Алек Форбс, так?

– Да.

– Хорошо. Что это было за предприятие?

– Замысел был в том, чтобы производить особое мороженое, раскрашенное под шотландку. По крайней мере, Колин так рассказывал.

– А каким охлаждающим веществом, – спросил доктор Фелл, – они пользовались в больших количествах при изготовлении мороженого? Колин нам это тоже рассказывал.

– Он сказал, что они использовали искусственный лед, который он описал как «химическую дорогущую бурд…»

Алан резко умолк.

Полузабытые воспоминания нахлынули на него. Потрясенный, он вспомнил свою школьную лабораторию и слова, произносимые с кафедры. Слабое эхо этих слов донеслось до него сейчас.

– А знаете ли вы, – поинтересовался доктор Фелл, – что на самом деле представляет собой этот искусственный или, другими словами, сухой лед?

– На вид это беловатое вещество, похожее на настоящий лед, только непрозрачное. Это…

– Если быть точным, – сказал доктор Фелл, – это не что иное, как сжиженный газ. А знаете ли вы, как называется тот самый газ, который можно сначала превратить в твердый «снежный» блок, а потом резать, обрабатывать и перемещать? Как называется этот газ?