Онлайн книга «Казачонок 1860. Том 1»
|
Где-то совсем недалеко глухо бухнуло. Раскат грома оглушил на какое-то время. За ним — второй, ближе. Небо коротко вспыхнуло, вырывая из темноты голые стволы, лошадиные морды. Я чувствовал, как птица за пазухой вздрагивает от каждого раската. — Держи коней! — рявкнул Яков. Лошадь Степана дернула повод и рванула в сторону. Я, придерживая сапсана у груди, бросился ей наперерез. Ухватил за повод, сапоги скользили по мокрой траве, в один момент я чуть не поехал вниз, к ручью. Выругался, уперся обеими ногами, дернул изо всех сил. Кобылица фыркнула, мотнула головой, но все-таки сбавила ход. Стихия разошлась по-настоящему. Ливень хлынул стеной — таких я здесь еще не видал. Костер почти залило водой. Трофим со Степаном растягивали отрез парусины для навеса. — Сюда,живо! — бросил Яков. Гром гремел почти без пауз, над балкой ветер ломал ветки. Лошади беспокойно фыркали рядом. Мы по очереди подходили, успокаивая их. Понемногу ливень стал стихать. Вспышки ушли дальше, только их отголоски докатывались с запозданием. Хан тоже начал приходить в себя и перебрался на мою руку в перчатке. К рассвету гроза окончательно ушла. Трава блестела, сапоги чавкали в размокшей земле. Разминая затекшую спину, я выбрался из-под навеса. — Ну что, — усмехнулся Яков, поднимаясь. — Привыкай, казачонок, и такое бывает. — Да уж, — ответил я. Мы быстро собрали вещи — седла и попоны полностью просушить не успевали. Дорога ждать не собиралась. * * * В Пятигорске задерживаться не стали: лишь заскочили на базар, где я прикупил себе новую папаху по настоянию Якова. Отпросился у него и заскочил в обе имеющиеся в городе оружейные лавки, где меня ждало разочарование: винтовок, к сожалению, не было. Остается надеяться, что в Ставрополе с этим делом получше. По просьбе атамана заехали в правление в Горячеводскую, к атаману Клюеву. Он меня, конечно, сразу признал и порадовался новостям. Пообедали на знакомом постоялом дворе в Горячеводской, напоили лошадей, сами чайком догнались. Можно было бы полежать часок, но Яков только стукнул кулаком по столу: — Двинем дальше, пока светло. Выехали за станицу — и снова дорога. Редкие телеги, всадники — встречные и обгоняющие нас. После некоторых таких встречных пыль долго стояла столбом. Самый обычный кавказский тракт. Дорога тянулась дальше. Уже где-то на половине пути до Георгиевска я стал узнавать знакомые места, недавно посещенные мною в куда более плачевном состоянии. Вот проехали тот перелесок, в котором я встретился с двумя первыми абреками. Я погладил по гриве Звездочку, которая с того самого дня была со мной. Она вскинула уши, фыркнула, будто тоже все помнила. Еще примерно через 20 верст дорога переламывалась через пологий холм. И там, у обочины, я уже знал, что увижу. — Яков, — окликнул я. — Чуть придержи. Он оглянулся, прищурился, кивнул без лишних вопросов. Мы перевалили через гребень, и я показал вперед. У самой дороги, на небольшом пригорке, торчал деревянный крест. Чуть покосился, трава вокруг примята, камни, которыми я тогда обложил могилу, местами разъехались. Я слез с седла, снял папаху. В груди все сжалось. Подошел ближе, потрогал дерево ладонью — сухое, теплое от солнца. Я поправил крест, нагнулся и собрал обратно разъехавшиеся камни, выдрал пару сорняков. — Помочь? — тихо спросил подошедший Трофим. |