Онлайн книга «Телохранитель Генсека. Том 7»
|
— Угу, — промычал Кобылин. — Три замка, хорошо за своей безопасностью следит. Хотя, кого ему опасаться? — Только если своей совести? — хмыкнул я. — Это вряд ли. У таких совести нет в самом принципе, — проворчал Кобылин, открывая дверь. — Ого! — воскликнул он, когда мы вошли. — Тут вообще не видно, что семья живет, — заметил Федор и вздохнул: — Бедные дети, им хоть играть разрешают? В квартире было не просто чисто, а прямо-таки стерильно. Я достал больничные бахилы, одни натянул сам, вторые отдал Кобылину. Мы быстро прошли по комнатам, заглянули в кухню, где все сверкало, и посуда в шкафах была составлена по цвету, размеру. Открыв ящик кухонного стола, Федор хмыкнул: — Тут даже ложки по росту выложены. Я прошел в кабинет — и словно оказался в другом мире. Заваленные книгами и журналами полки, стол, на котором высились стопки документов, газет, исписаннойбумаги. — Здесь черт ногу сломит, — Кобылин оглядел комнату. — Что нам нужно? — Должно быть что-то вроде дневника. Личные записи, — я прошел к большому, двухтумбовому столу, просмотрел бумаги, передвинул несколько папок. Открыл тумбу. Стопки общих тетрадей с обложкой из кожзаменителя лежали на полках. Я взял верхнюю, открыл, посмотрел даты, прочел пару записей. — Отлично! Это как раз то, что мы искали. А теперь, парни, всё, уходим… Дневники я забрал с собой, закинув в сумку. Прежде чем покинуть квартиру, еще заглянул в детскую комнату — снял с полки пару игрушек, бросил их на кровать. Потом на кухне поменял местами ложки с вилками. Делая это, вспомнил методы коллег из Штази. Правда, у них такой подход использовался с другой целью — если нужно было человека свести с ума, довести до нервного срыва или паранойи. Тогда немецкие чекисты систематически, во время отсутствия хозяина, перекладывали в его квартире вещи. На большинство русских метод не сработал бы, от подобного срывало крышу лишь у педантичных немцев с их вечным пунктиком на аккуратности. Тем более, что у меня сейчас такой задачи, разумеется, и не было. Просто хотелось послать Вольскому небольшую ответку на ту его «юмористическую аппликацию». Совесть меня не мучила, не я начал эту войну. И с его стороны было большой ошибкой угрожать мне, используя мою семью… Мы вышли, закрыли двери, убрали мякиш с глазка на двери соседей. Сообщил Даниилу, что мы закончили и, дождавшись пока они с Соколовым спустятся на пятый этаж, вошли в лифт. — Вы бахилы не сняли, — заметил Даня. — Твою мать, — выругался Кобылин, стаскивая бахилы с ног. На первом этаже Соколов попрощался с консьержкой: — Ну все, на сегодня отработали, — сообщил Соколов консьержке. — На этой неделе еще раз к вам зайдем, проверить, как работает. А то опять жалобы будут, очень уж у вас жильцы склочные. — Да нет, что вы, тут все порядочные, интеллигентные люди живут, — начала оправдывать жильцов консьержка. — Порядочные, а письма пишут, — не унимался Соколов. — Пошли уже, — Кобылин ткнул его в бок и показал бутылку с желтенькой пробкой. — Пищит в кармане, а здоровье поправить надо. — Алкоголики… — осуждающе проворчала вслед консьержка. Еще полчаса ушло на то, чтобы доехать до оперативной квартиры, оставитьспецовку работников министерства связи. Тетради Вольского, казалось, жгли руки. — Ну что, улов нормальный? — оглянулся Соколов. |