Книга Танго с Пандорой, страница 62 – Ирина Дегтярева

— Вам необходимо дать мне подписку о неразглашении. И вашей жене тоже. Мы не исключаем, что Розенстрем русский шпион. Снюхался с ними в Выборге. У нас пока недостаточно доказательств, одни подозрения, а вы окажете помощь государству, если удастся вывести его на чистую воду. И вы даже получите премию за содействие. Я оформлю это как вашу добровольную помощь.

— Буду вам очень признателен, господин Крат! — приложил руки к груди Арви.

Через три недели, когда удалось подсобрать существенный компромат на Розенстрема, Иван, посоветовавшись с Центром, собрался провести вербовку финского разведчика. Вариант использовать для вербовочного подхода штабс-капитана Глебова отмели после некоторых колебаний. Центр сам и предложил сперва его кандидатуру. Но затем, по здравом размышлении, передумал. Изначально не хотели рисковать Иваном, но и положение Глебова, на тот момент очень выгодное, опасались нарушить в случае неудачной вербовки. Решили, что Иван все же более подготовлен для такого мероприятия.

Розенстрем не был глуп и понял сразу, что дело пахнет не только концом его карьеры, но и тюрьмой. Шантаж в данном случае был самым действенным способом добиться его расположения. Он не скрежетал зубами от злости, не пытался выкрутиться, не хотел попусту тратить энергию, а сразу поинтересовался, сколько ему заплатят за ценную информацию. Иван смекнул, что тут придется всерьез раскошеливаться.

Сразу же Розенстрем сообщил ему информацию, которая вызвала большие сомнения. Возникло опасение, что финн водит его за нос. Он сообщил, что в Петрограде остались после Гражданской финны и ингерманландцы, с ними налажена связь, и они помогают, особенно… трубочисты.

Но все выяснилось и подтвердилось. Оказывается, трубочисты не однажды чистили печные трубы в зданиях Красного Флота. Проникали внутрь помещений, а не только с крыши гирьку на веревочке спускали. Один в самом деле находился на крыше, а второй контролировал процесс очистки снизу, у каминов и печных чугунных дверок с вензелем Николая II, а заодно копировал документы, беспечно оставленные на столах. Комендант проявил вызывающую халатность, оставляя трубочистов без присмотра.

Даже календарное расписание «Недели Красного Флота» могло о многом рассказать финским разведчикам. Советская власть всерьез занялась восстановлением флота. С 1922 года на флот хлынули комсомольцы, пополняя ряды моряков после решения V съезда взять над краснофлотцами шефство. А в том самом расписании говорилось о массе мероприятий, проводимых для поддержания морального состояния краснофлотцев: показательные спектакли и концерты в военно-морских клубах, вечера спайки шефов Балтийского флота с подшефными частями, спектакль в Мариинском, спортивный вечер в Зале Революции (бывший Морской корпус), парад и шествие по городу, дискуссии на тему «Значение флота для РСФСР и его место в общей системе вооруженных сил Республики», доклады в парторганизациях, военных и гражданских учебных заведениях и так далее. В общем, велась активнейшая работа по восстановлению флота, повышению его популярности в качестве выбранной профессии, писалось о том, как это романтично и почетно.

Но кроме подобного рода документов среди тех, что добывали трубочисты-агенты, попадались и более серьезные. О количестве, о составе, пофамильные списки моряков с адресами, должности, информация о том, что планируется вводить в строй новые корабли, переделанные из грузовых пароходов, что поднимают и восстанавливают затопленные царские суда.